Добавить в избранное

Форум площадки >>>

Рекомендуем:

Анонсы
  • Евсеев Игорь. Рождение ангела >>>
  • Олди Генри Лайон. Я б в Стругацкие пошел – пусть меня научат… >>>
  • Ужасное происшествие. Алексей Ерошин >>>
  • Дрессированный бутерброд. Елена Филиппова >>>
  • Было небо голубое. Галина Дядина >>>


Новости
Новые поступления в библиотеку >>>
О конкурсе фантастического рассказа. >>>
Новые фантастические рассказы >>>
читать все новости


Стихи для детей


Случайный выбор
  • Я, майский или К вопросу о...  >>>
  • Комацу, Саке. Чёрная эмблема...  >>>
  • Расс, Джоанна. Краткий...  >>>

 
Рекомендуем:

Анонсы
  • Гургуц Никита. Нога >>>
  • Гургуц Никита. Нога >>>





Новости
Новые поступления в раздел "Фантастика" >>>
Новые поступления в библиотеку >>>
С днём рождения, София Кульбицкая! >>>
читать все новости


Мартин, Джордж. Песчаные короли (ч.1)

Автор оригинала:
Джордж Мартин

 

Среди безводных каменистых холмов в пятидесяти километрах от ближайшего города, в собственном ветшающем поместье одиноко жил Саймон Кресс. У него не было соседей, которым он мог бы, отлучаясь по делам, поручить присмотр за своими подопечными. Правда, с ястребом-стервятником проблем не возникало. Стервятник устраивался на заброшенной башне и привычно питался чем попало. Шемблера Кресс попросту выгонял из дома и предоставлял самому заботиться о себе. Маленькое чудовище обжиралось слизняками, птицами и каменными наездниками.

Вот только аквариум с настоящими земными пираньями ставил Кресса в затруднительное положение. В конце концов Кресс, уезжая, стал просто бросать в огромный аквариум кусок мяса. В крайнем случае, если Кресс задерживался, пираньи всегда могли полакомиться друг другом. Раньше они уже так поступали. Кресса это забавляло.

В последний раз он, к сожалению, задержался гораздо сильнее, чем предполагал, и, когда, наконец, вернулся, все рыбы были мертвы. Так же, как и стервятник. Увалень шемблер взобрался на башню и сожрал его. Кресса разобрала досада.

На другой день он на своем скиммере полетел за двести километров в Эсгард — крупнейший город на Бальдуре, предметом гордости жителей которого был самый старый и крупный на планете космопорт. Крессу нравилось поражать друзей необыкновенными, дорогими животными, а где, как не в портовом городе, проще всего наткнуться на заморскую диковинку.

Однако Крессу не везло. «Инопланетная фауна» оказалась на замке, «Торговцы небесной живностью» попытались всучить ему второго стервятника, а «Чуждые моря» не предложили ничего экзотичнее все тех же пираний, светящихся акул да головоногих пауков. Все это Крессу уже приелось, ему хотелось чего-нибудь свеженького, из ряда вон выходящего.

В поисках фирм, где он еще ничего не приобретал, Кресс оказался под вечер на бульваре Радуг. Вдоль бульвара, который проходил вблизи космопорта, тянулись магазины, специализирующиеся на импорте. Здесь высились огромные торговые дома крупных корпораций; там на фоне драпировок, придававших интерьеру таинственность, покоились на войлочных подушечках редкостные и драгоценные произведения инопланетного искусства. Между торговыми гигантами теснились грязные лавчонки старьевщиков с витринами, заваленными барахлом со всего света. Кресс попытал счастья и в тех, и в других, но одинаково безуспешно.

Рядом с портом, там, где бульвар Радуг спускался вниз и где Кресс до сих пор никогда не бывал, он набрел на нечто особенное. Магазинчик занимал небольшую одноэтажную постройку между эйфобаром и храмом любви Тайного Сестринства и привлекал внимание необычными витринами.

Они были заполнены дымкой, дымка делалась то розовой, то белесой, как настоящий туман, то искрящейся и золотистой. Она кружилась, в ней возникали завихрения и неясное свечение. На миг сквозь нее проступали предметы — искусная поделка, старинный механизм, еще что-нибудь — Кресс не успевал хорошенько рассмотреть. Дымка красиво струилась, интригующе приоткрывая кусочек то одного, то другого, то вдруг все заволакивая.

Пока он вглядывался, дымка оформилась в надпись. Слова проявлялись поочередно. Кресс стоял и читал.

ШЕЙД И ВОУ… ИМПОРТЕРЫ… ДРЕВНОСТИ… ПРОИЗВЕДЕНИЯ ИСКУССТВА… ФОРМЫ ЖИЗНИ

Буквы пропали. Сквозь туман Кресс заметил движение внутри магазина. Этого ему было достаточно. Движения и «форм жизни» в причудливой рекламе.

Войдя внутрь, он поначалу растерялся. Помещение казалось огромным — гораздо больше, чем казалось по сравнительно скромному фасаду. Мягкое тусклое освещение, потолок усыпан звездами и спиральными туманностями, весьма правдоподобными. Очень красиво. Слабо светились прилавки с товаром, в проходах стлался туман. Туман поднимался почти до колен и завихрялся вокруг ног при ходьбе.

— Чем могу быть полезна?

Незнакомка, казалось, возникла из тумана. Высокая, худая и бледная, в практичном сером костюме и забавном маленьком кепи, которое крепко держалось у нее на затылке.

— Вы Шейд или Воу? — спросил Кресс. — Или просто продавщица?

— Джейла Воу, к вашим услугам, — представилась она. — Шейд никогда не встречает покупателей, а помощников у нас нет.

— Такое большое заведение, — обводя стены глазами, сказал Кресс. — Странно, что раньше я о нем не слышал.

— Мы совсем недавно открыли свой магазин на Бальдуре, — объяснила женщина.

— И, надеюсь, не пожалеем, хотя на других планетах нам сулили налоговые преимущества. Что вам хотелось бы приобрести? Произведения искусства, вероятно? Вот, взгляните, прекрасная резьба по кристаллу с Нор Талуша.

— Нет, — ответил Кресс, — резьба по кристаллу у меня уже есть. Я зашел посмотреть на живность.

— Формы жизни?

— Да.

— Инопланетные?

— Разумеется.

— У нас как раз есть сейчас мимик. Это такая маленькая смышленая обезьянка с планеты Селия. Ее можно научить не только разговаривать, но и подражать вашему голосу, интонации, жестам и даже выражению лица.

— Крайне мило, — скривился Кресс. — Только банально. Мне это совершенно ни к чему. Я хочу какой-нибудь экзотики, чего-то необычайного. И отнюдь не умильного. Терпеть не могу милых зверушек. У меня сейчас живет шемблер, вывезенный с Кото, — цена, надо сказать меня не заботит, — так я иногда скармливаю ему лишних котят. Вот как я отношусь к милым зверушкам. Вам понятно?

Воу загадочно улыбнулась.

— А были у вас животные, которые вас обожали? — спросила она.

Кресс усмехнулся.

— Ну вот, опять. Я не нуждаюсь в обожании, Воу. Животных я держу только для развлечения.

— Вы меня не поняли, — возразила Воу, все еще продолжая загадочно улыбаться. — Я имела в виду буквально обожествление.

— Что вы хотите этим сказать?

— Я полагаю, у нас найдется кое-что именно для вас. Пойдемте со мной.

Она провела его между светящимися прилавками по длинному, устланному туманом, освещенному искусственными звездами проходу. Сквозь перегородку из той же дымки они попали в другое отделение магазина и остановились у большого прозрачного резервуара. «Аквариум», — подумал Кресс.

Воу пригласила его кивком. Кресс приблизился и увидел, что ошибся. Это оказался не аквариум, а террариум. В нем была устроена миниатюрная пустыня площадью около двух квадратных метров. Песок из-за бледно-красного освещения имел алый оттенок. небольшие камни — базальт, кварц и гранит.

В каждом углу террариума стоял замок.

Кресс прищурился — и в самом деле, там возвышались замки, но целых было только три. Четвертый лежал в руинах. Настоящие маленькие замки, грубо сложенные из песка и камешков. По зубчатым стенам и круглым галереям карабкались и сновали крошечные существа. Кресс приблизил лицо вплотную к стеклопластику.

— Насекомые? — спросил он.

— Нет, — ответила Воу, — гораздо более сложная форма жизни. К тому же более разумная. Намного сообразительнее вашего шемблера. Их называют королями песков или королями-пустынниками.

— И все-таки это насекомые, — сказал Кресс, выпрямляясь. — И мне плевать, насколько они сложны или примитивны. — Он нахмурился. — Не пытайтесь ввести меня в заблуждение разговорами об их уме. Эти твари слишком малы, чтобы иметь хотя бы зачатки разума.

— А у них общественный разум, — ответила Воу. — Разум целого замка в данном случае. Сейчас в террариуме осталось лишь три организма, четвертый погиб. Видите, его замок пал.

Кресс стал снова разглядывать пустыню.

— Общественный разум?.. Интересно… — Он вновь недоверчиво нахмурился. — Но все равно это обычный муравейник. Я надеялся на что-нибудь поинтереснее.

— Они ведут войны.

— Войны? Хм… — Кресс продолжал наблюдать.

— Если угодно, обратите внимание на их цвет. — Воу показала на обитателей ближнего замка. Один из них скребся о стенку террариума.

Кресс пригляделся. Существо все-таки выглядело, как насекомое. Едва ли с ноготь величиной, шестиногое, с шестью крошечными глазками, расположенными по окружности тельца. Было видно, как оно свирепо клацало челюстями и непрерывно шевелило двумя длинными усиками, очерчивая в воздухе красивые узоры. Усики, челюсти и ножки были черными как сажа, но доминировал огненно-рыжий цвет панциря.

— Это насекомые, — упрямо повторил Кресс.

— Нет, не насекомые, — мягко настаивала Джейла Воу. — Когда пустынник вырастет, его панцирь отпадет. Правда, в таком маленьком террариуме этого не произойдет. — Она тронула Кресса за руку и повела вокруг стеклянного ящика к следующему замку. — Теперь посмотрите сюда.

У обитателей второго замка панцири были другие, ярко-красные, а усики, челюсти, глаза и лапки — желтые. Обитатели третьего замка оказались белыми-красными.

— Хм, — произнес Кресс.

— Они воюют, я уже сказала. И даже заключают перемирия и союзы. Четвертый замок в этом террариуме был разрушен в результате заключения союза. Черных становилось слишком много, поэтому остальные объединили усилия, чтобы уничтожить их.

Но Кресс оставался непоколебим.

— Занятно, нет сомнений, но насекомые тоже ведут войны.

— У насекомых нет богов, — сказала Во.

— То есть?

Во улыбнулась и показала на замок.

Кресс только сейчас заметил и изумленно застыл. На стене самой высокой башни было высечено лицо. Он узнал его. Лицо Джейлы Воу.

— Но как они?..

— Я спроецировала голограмму своего лица в террариум и держала там изображение несколько дней. Лик бога, понимаете? Я кормлю их, я всегда рядом. Короли-пустынники обладают зачаточными органами псионических чувств, нечто вроде телепатии. Они ощутили мое присутствие и обожествили меня, украсив свои постройки моим изображением. Оно на всех замках, посмотрите сами.

Кресс убедился, что это действительно так.

Лицо Джейлы Воу на башне выглядело спокойным, безмятежным и одухотворенным. Кресса поразило мастерство исполнения.

— Как же они это делают?

— Передними конечностями пустынники могут действовать, как руками. У них даже есть подобие пальцев — три маленьких гибких отростка. И они умеют координировать усилия — как в битвах, так и при строительстве. Ведь все существа одного цвета — так называемые мобили — объединены, если вы помните, общим разумом…

— Продолжайте, — сказал Кресс.

Во снова улыбнулась.

— В замке живет матка. Или, если угодно, утроба. Последнее название очень ей подходит — в качестве каламбура, поскольку она уних одновременно и матка, и желудок. Она большая, с кулак величиной, и не может самостоятельно передвигаться. На самом деле «короли песков» — не совсем точное название. Мобили — это крестьяне и солдаты. А матку правильнее было бы назвать королевой. Но и эта аналогия тоже условна. Замок следует рассматривать целиком, как большой организм-гермафродит.

— Чем они питаются?

— Мобили едят кашицу из переваренной пищи, которую получают внутри замка, после того, как матка ее несколько дней перерабатывает. Никакой другой еды их организм принимать не в состоянии. Если матка умирает, мобили тоже вскоре гибнут. Сама же матка… она всеядна. Тут у вас не будет особых расходов — прекрасно сгодятся объедки со стола.

— А как насчет живого корма? — спросил Кресс.

Воу пожала плечами:

— Любая матка поедает мобилей из других замков.

— Ну, что ж, я заинтригован, — признался он. — Если бы они еще не были такими мелкими.

— Они могут вырастать и крупнее. Эти маленькие из-за того, что террариум невелик. Их рост, судя по всему, ограничивается доступным жизненным пространством. Если бы я переселила их в ящик побольше, они бы снова начали расти.

— Хм. Мой аквариум для пираний сейчас пустой, а он вдвое шире и выше. Его, пожалуй, можно почистить, насыпать песку…

— Воу и Шейд обо всем позаботятся. Нам это доставит удовольствие.

— Но, конечно, — спохватился Кресс, — мне хотелось бы получить четыре неповрежденных замка.

— Разумеется, — ответила Воу.

И они договорились о цене.

Три дня спустя Джейла Воу привезла в поместье Саймона Кресса погруженных в спячку песчаных королей. Вместе с ней прибыла бригада рабочих, которая должна была все обустроить. Помощники Воу, инопланетяне, относились к негуманоидному типу разумных существ — коренастые, двуногие, с четырьмя руками и выпученными многогранными глазами. Их покрывала плотная жесткая кожа, по всему туловищу выступали ороговевшие колючки и наросты. Но сноровки и сообразительности им было не занимать. Воу командовала ими на незнакомом Крессу мелодичном языке.

Дело было закончено в один день. Они передвинули аквариум на середину просторной гостиной, вычистили его и на две трети наполнили песком и камнями. Для удобства наблюдения поставили с каждой стороны по дивану. Затем укрепили специальную аппаратуру, обеспечивающую тусклое красное освещение, которое предпочитали короли-пустынники, и голографический проектор. Сверху приладили пластиковую крышку со встроенным механизмом для подачи пищи.

— Так вы сможете кормить ваших пустынников, не поднимая крышку, — объяснила Воу. — Вы ни в коем случае не должны позволить мобилям сбежать.

В крышке находилась еще и система управления микроклиматом — для поддержания заданной влажности воздуха.

— Нужно, чтобы было сухо, но не слишком, — сказала Воу.

Наконец один из четвероруких рабочих забрался в резервуар, который отныне стал террариумом, и вырыл по углам четыре глубокие ямки. Второй подавал ему спящих маток, вынимая их одну за другой из портативных криостатов.

Смотреть было особенно не на что. Матки больше всего походили на пятнистые куски подпорченного сырого мяса. С ротовым отверстием каждый.

Инопланетянин закопал их в углах террариума. Затем рабочие все заровняли и удалились.

— Тепло выведет маток из спячки, — сказала Воу. — Мобили начнут вылупляться и выбираться из-под земли чуть раньше чем через неделю. Обязательно давайте им побольше еды. Пока они не обоснуются, им потребуется очень много сил. Я думаю, замки они возведут недели через три.

— А мое лицо? Когда они высекут мое лицо?

— Включите голопроектор примерно через месяц, — посоветовала она. — И наберитесь терпения. Если у вас возникнут вопросы, пожалуйста, звоните. Воу и Шейд всегда к вашим услугам.

Она наклонила голову и ушла. Кресс побрел к террариуму и повернул выключатель. В пустыне все было спокойно и неподвижно. Кресс нахмурился и нетерпеливо забарабанил пальцами по стеклопластику.

На четвертый день ему показалось, что он заметил слабое подземное шевеление.

На пятый он увидел первого мобиля. Мобиль был белый.

На шестой день Кресс насчитал их уже дюжину — белых, красных и черных. Рыжие запаздывали. Он бросил на песок объедков, мобили сразу почуяли еду, набросились на куски и растащили по своим углам. Каждая цветная группа действовала вполне упорядоченно. Они не дрались. Кресс был слегка разочарован, но решил пока дать им время.

Замки начали подниматься к середине следующей недели. Организованные в батальоны мобили с трудом волокли куски песчаника и гранита в свои углы, где другие отряды сгребали своими щупальцами и усиками кучи песка. Кресс купил бинокуляры, чтобы видеть все детали работ в террариуме, куда бы ни направились мобили. Он бродил вокруг высоких пластиковых стенок и наблюдал с разных позиций. Это завораживало.

Замки были проще, чем хотелось Крессу, но у него по этому поводу возникла удачная идея. На следующий день он бросил в террариум вместе с кормом кусочки обсидиана и осколки цветного стекла. Через час они уже были встроены в стены замков.

За «черной» крепостью, завершенной первой, последовали «белая» и «красная». Рыжие закончили, как всегда, последними. Кресс перенес свою еду в гостиную и питался прямо на диване, чтобы не прерывать наблюдений. Он полагал, что теперь в любой момент может разразиться первая война.

Но его постигло разочарование. Дни шли за днями, замки становились все выше и внушительнее. Кресс отлучался от террариума только по нужде или для неотложных деловых переговоров, но пустынники не воевали. Это расстраивало Кресса.

Потом его осенило и он перестал их кормить. На второй день после того, как с их пустынных небес перестали сыпаться объедки, четыре черных мобиля окружили рыжего и потащили вниз, к своей матке. Сначала они его покалечили, оборвав все конечности, щупальца и усики, затем внесли во тьму главных ворот миниатюрного замка, и больше он оттуда не появился. Часом позже свыше сорока рыжих мобилей совершили переход через пески и атаковали угол черных. Выбегающие из своего замка черные вскоре превзошли врагов численностью. Схватка завершилась разгромом нападавших. Мертвых и умирающих сволокли вниз, на прокорм черной матке.

Кресс поздравил себя с гениальной догадкой и наслаждался зрелищем.

На следующий день, когда он бросил в ящик горбушку, за нее разыгралась битва между тремя углами. Победителями стали белые.

После этого война следовала за войной.

Прошел почти месяц с тех пор, как Джейла Воу привезла пустынников. Кресс включил голопроектор, и внутри террариума словно материализовалось его лицо. Оно медленно поворачивалось так, чтобы его пристальный взгляд попеременно падал на все четыре замка. Кресс решил, что изображение довольно похоже на оригинал. Его лукавая усмешка, его пухлые губы и полные щеки. Блестят голубые глаза, пепельные волосы тщательно уложены в модную прическу, брови утонченно изогнуты.

Довольно скоро пустынники принялись за работу. Кресс щедро кормил их, пока его образ сиял на небосводе. Войны временно прекратились. Вся деятельность мобилей посвящалась теперь божеству. На стенах замков стало проявляться его лицо.

Сначала все четыре рельефа повторяли друг друга, но по мере продолжения работ Кресс, изучая изображения, начал находить неуловимые различия в технике и исполнении. Красные достигли наивысшего искусства в использовании крошечных кусочков сланца для передачи цвета его волос. Кумир белых казался Крессу молодым и озорным, тогда как лицо, созданное черными — в сущности, оно было таким же, линия в линию, — поражало мудростью и доброжелательностью. Рыжие пустынники, как обычно, отстали и проявили меньше таланта. Войны не прошли для них бесследно, и замок их выглядел печально по сравнению с другими. Вырезанный ими рельеф получился грубым и карикатурным, и они, похоже, собирались таким его и оставить. Кресса это уязвило, но что он мог поделать?

Когда все пустынники завершили портреты Кресса, он выключил проектор и решил, что настало время созвать вечеринку. Его друзья будут поражены и восхищены. Он даже может устроить для них спектакль с военными действиями.

Мурлыча себе под нос, довольный, он составил список приглашенных.

Вечеринка имела головокружительный успех.

Кресс пригласил тридцать человек — нескольких близких друзей, разделявших его увлечения, дюжину бывших любовниц и группу соперников и конкурентов, которые не могли пренебречь его приглашением. Он знал и даже рассчитывал, что некоторых из приглашенных смутят и оскорбят его короли-пустынники, и даже рассчитывал на это. Обыкновенно Кресс считал свои приемы неудачными, если хотя бы один гость не уходил глубоко обиженным. По внезапному порыву он добавил в список имя Джейлы Воу.

— Если желаете, возьмите с собой Шейда, — добавил он, диктуя приглашение автоответчику.

Ее согласие приятно удивило Кресса.

— Шейд, увы, не сможет приехать. Светская жизнь не для него. Что до меня, то я с радостью взгляну, как поживают ваши пустынники.

Кресс заказал роскошные блюда. И когда разговоры стихли, а большинство гостей покончили с вином и сигарами, он их шокировал, собственноручно собрав объедки в большую миску.

— Пойдемте все со мной, — сказал он, — я хочу представить вам своих новых питомцев.

С миской в руках Кресс проследовал в гостиную. Короли-пустынники оправдали все тайные надежды. Два дня назад он начал морить их голодом, и они впали в агрессивное состояние. Пока гости, окружив террариум, разглядывали его сквозь увеличительные стекла, предусмотрительно розданные Крессом, пустынники начали великолепную битву за еду. Когда бой окончился, Кресс насчитал чуть ли не шесть десятков дохлых мобилей. Красные и белые, недавно вступившие в союз, захватили корма больше всех.

— Кресс, ты отвратителен, — заявила Кэт Млэйн. Несколько лет назад она жила с ним некоторое время, пока ее слезливая сентиментальность чуть не свела его с ума. — Я-то, дура, снова приехала сюда. Думала, что ты, быть может, изменился и хочешь извиниться.

Кэт так и не простила ему того случая, когда шемблер сожрал тошнотворно милого щенка, от которого она была без ума.

— Никогда больше не приглашай меня, Саймон. — И она в сопровождении своего нынешнего любовника под общий смех выбежала за дверь.

У остальных гостей возникла уйма вопросов. Всем хотелось знать, откуда взялись короли-пустынники.

— От Воу и Шейда, импортеров, — ответил он, вежливым жестом указывая на Джейлу Воу, которая большую часть вечера казалась грустной и держалась отстраненно.

— А почему они украсили свои замки вашими портретами?

— Потому что я для них — источник всех благ. Разве вы этого не заметили? — последняя реплика вызвала смешки.

— Они будут драться снова?

— Конечно, только не сегодня. Но не расстраивайтесь, впереди новые вечеринки.

Джед Рэккис, ксенозоолог-любитель, завел речь о других общественных насекомых и войнах, которые те ведут.

— Эти короли-пустынники занятны, но не более того. Почитали бы вы, например, о терранских муравьях-солдатах.

— Пустынники — не насекомые! — резко возразила Джейла Воу, но Джед уже отошел, и никто не обратил внимания на ее слова. Кресс улыбнулся ей и пожал плечами.

Малэйда Блэйн предложила делать ставки, когда гости в следующий раз соберутся понаблюдать за войной, и все одобрили эту идею. Последовала оживленная дискуссия о правилах и шансах на выигрыш.

Наконец гости стали расходиться. Джейла Воу уезжала последней.

— Ну вот, — сказал ей Кресс, — мои пустынники произвели фурор.

— Они хорошо выглядят, — ответила Воу. — Выросли уже больше моих.

— Да, — сказал Кресс, — кроме рыжих.

— Я заметила. Их как будто маловато, да и замок у них какой-то убогий.

— Ну, кто-то ведь должен проигрывать, — заметил Кресс. — Рыжие появились на свет и закончили строительство последними. Из-за этого и страдают.

— Простите, могу я узнать, достаточно ли вы кормите ваших пустынников? — осведомилась Воу.

Кресс пожал плечами:

— Бывает, сидят на диете. Это придает им свирепости.

— Нет никакой необходимости морить их голодом, — хмуро произнесла Воу. — Позвольте им воевать по собственным мотивам и тогда, когда им это нужно. И вы станете свидетелем восхитительно тонких и сложных конфликтов. Непрерывные сражения, которые вы искусственно вызываете голодом, приведут их к деградации.

Кресс с интересом посмотрел на ее сдвинутые брови.

— Вы в моем доме, Воу, и здесь только мне судить о том, что — деградация, а что — нет. Я кормил пустынников, следуя вашим советам, а они не дрались.

— Нужно было набраться терпения.

— Нет, — возразил Кресс, — я их хозяин. Их бог, в конце концов. Почему я должен ждать, когда у них появятся собственные мотивы? Они воевали недостаточно часто, чтобы угодить мне, и я исправил это положение.

— Понимаю, — сказала Во, — я обсужу этот вопрос с Шейдом.

— Это не касается ни вас, ни Шейда! — грубо отрезал Кресс.

— Тогда мне остается лишь пожелать вам спокойной ночи, — сказала Воу, покоряясь действительности.

Но, набрасывая перед уходом пальто, она задержала на Крессе неодобрительный взгляд и все-таки предостерегла его:

— Следите за вашими лицами, Саймон Кресс. — И повторила: — Наблюдайте за вашими лицами.

После этого она ушла.

Недоумевая, Кресс вернулся к террариуму и уставился на замки.

Его лица были все там же и все те же. Вот только… Кресс выхватил свои бинокуляры и нацепил их. Он изучал рельефы в течение долгих минут… В них появилось что-то такое… трудноуловимое. Ему показалось, что слегка изменилось выражение лиц. Что его улыбка чуть-чуть искривилась и поэтому выглядит немножко злобно. Однако изменения были очень слабые, если они вообще были. В конце концов Кресс приписал их воображению и решил не приглашать больше Джелу Воу на свои сборища.

В последующие несколько месяцев Кресс с дюжиной ближайших знакомых каждую неделю собирались на «военные игры», как он любил это называть. Первоначальное его страстное увлечение королями-пустынниками теперь почти прошло. Кресс меньше времени проводил у террариума и больше внимания уделял делам и светской жизни. Но он все еще получал удовольствие, приглашая некоторых друзей посмотреть на войну или сразу на две. Своих гладиаторов он содержал жестко, постоянно на грани голода, что имело особенно тяжелые последствия для рыжих пустынников, число которых столь зримо сократилось, что Кресс забеспокоился, не подохла ли их матка. Остальные выглядели вполне нормально.

Иногда, ночью, когда не удавалось заснуть, Кресс приходил в гостиную с бутылочкой вина. Единственным освещением была красноватая мгла над миниатюрной пустыней. Он в одиночестве пил и часами следил за происходящим в террариуме. Обычно там где-нибудь шло сражение, а если не шло, то он мог легко его вызвать, бросив на песок кусочек съестного.

Компаньоны Кресса по предложению Малэйды Блэйн заключали пари. Он порядочно выиграл, ставя на белых, которые превратились в самую мощную и многочисленную колонию террариума. Однажды, вместо того чтобы, как обычно, бросить корм в центр поля боя, Кресс сдвинул крышку и высыпал его рядом с замком белых. Остальные, чтобы получить хоть немного пищи, были вынуждены напасть на них. Они пытались, но белые великолепно проявили себя в обороне, и Кресс выиграл у Джеда Рэккиса сотню стандартов.

Рэккис вообще почти каждую неделю терпел на пустынниках значительные убытки. Он претендовал на обширные знания об их повадках, уверяя, что изучил их после той, первой вечеринки, но это не приносило ему удачи, когда он делал ставки. Кресс подозревал, что уверения Джеда — обыкновенное пустое бахвальство. Кресс и сам из праздного любопытства однажды обратился в библиотеку, чтобы установить, с какой они планеты, но в библиотечных списках короли-пустынники не значились. Он хотел было связаться с Воу и распросить ее, но потом появились другие заботы, и это вылетело у него из головы.

Наконец, после целого месяца проигрышей, потеряв на тотализаторе больше тысячи стандартов, Джед как-то раз явился на военные игры с небольшим пластиковым контейнером под мышкой, в котором сидела паукообразная тварь, поросшая золотистыми волосками.

— Песчаный паук с планеты Катедей, — объявил Рэккис. — Получил его сегодня от «Продавцов небесной живности». Обычно они удаляют у пауков ядовитые железы, но моему оставили. Играешь, Саймон? Я желаю получить свои деньги обратно. Ставлю тысячу стандартов на песчаного паука против песчаных королей.

Кресс внимательно рассмотрел паука, неподвижно замершего в своей пластиковой тюрьме. Пустынники Кресса выросли и стали теперь вдвое больше, чем у Воу, — как она и предсказывала, — но все же по сравнению с этой тварью они были карликами. С другой стороны, их великое множество, и, кроме того, Крессу приелись однообразные междоусобные войны. Его привлекала новизна схватки.

— Годится, — сказал он. — Дурак ты, Джед. Пустынники будут по кусочку обгладывать твоего кошмарного урода, пока не прикончат.

— Сам ты остолоп, Саймон, — улыбаясь, не остался в долгу Рэккис. — Катедейский песчаный паук питается обитателями нор. Они там обычно прячутся в укромных углах и трещинах. Вот увидишь, он полезет прямо в замки и пожрет всех маток.

Среди всеобщего смеха Кресс помрачнел. Он не учел такой возможности.

— Ладно, посмотрим, — сказал он раздраженно и сходил за новой выпивкой.

Паук был чересчур велик, чтобы пролезть в камеру для корма. Двое гостей помогли Рэккису немного сдвинуть крышку террариума, и Малэйда Блэйн подала ему контейнер. Рэккис вытряхнул паука. Тот мягко приземлился на маленькую дюну у замка красных и на мгновение замер в замешательстве. Его ноги угрожающе дергались, а жвала непрерывно открывались и закрывались.

— Пошел! — подгонял его Рэккис.

Все гости столпились у террариума. Кресс отыскал свои бинокуляры и надел их. Уж если он потеряет тысячу стандартов, то, по крайней мере, насладится зрелищем боя.

Пустынники заметили интервента. Вся деятельность в замке красных прекратилась, и маленькие красные мобили настороженно застыли.

Паук двинулся к темному проему ворот. С башни бесстрастно смотрели глаза Саймона Кресса.

Внезапно красный замок активизировался. Ближайшие мобили построились двумя клиньями и двинулись в направлении паука. Еще большее количество воинов выбежало из замка и образовало тройную цепь для защиты подступов к подземным палатам матки. По дюнам носились разведчики. Битва началась.

Пустынники окружили паука со всех сторон. Их челюсти смыкались у него на ногах и крепко вцеплялись в брюхо. Красные взбирались пауку на спину по золотистым лапам, кусали и царапали все подряд. Один добрался до глаза и проткнул роговицу своим крошечным желтым усиком. Кресс с довольной улыбкой показывал на них пальцами. Но мобили были слишком малы, ядовитых желез не имели, и паук не остановился. Лапами он разбрасывал пустынников во все стороны. Его ядовитые челюсти оставляли их раздавленными и окоченевшими. Уже дюжина красных валялись мертвыми, а паук шагал все дальше. Он двигался прямо на тройную цепь защитников замка. Цепи сомкнулись вокруг него и предприняли отчаянный штурм махины. Ударная группа пустынников откусила одну паучью лапу. Мобили спрыгивали с башен на огромную дергающуюся тушу. Целиком облепленный пустынниками, паук сумел-таки протиснуться в замок и скрылся во тьме.

Рэккис шумно вздохнул. Он был бледен.

— Превосходно! — воскликнул кто-то.

Малэйда Блэйн сдавленно кудахтнула.

— Посмотрите туда, — дернула Кресса за рукав Айди Нореддиан.

Зрители были так поглощены битвой вблизи красного замка, что не замечали ничего вокруг. Но теперь поле боя опустело, если не считать мертвых мобилей, и они стали свидетелями небывалой сцены.

В пустыне вокруг красного замка выстроились три армии. Они стояли безупречными, совершенно неподвижными порядками — рыжие, белые, черные — и ждали.

 

Перейти ко второй части

 
К разделу добавить отзыв
Все права защищены, при использовании материалов сайта необходима активная ссылка на источник