Добавить в избранное

Форум площадки >>>

Рекомендуем:

Анонсы
  • Евсеев Игорь. Рождение ангела >>>
  • Олди Генри Лайон. Я б в Стругацкие пошел – пусть меня научат… >>>
  • Ужасное происшествие. Алексей Ерошин >>>
  • Дрессированный бутерброд. Елена Филиппова >>>
  • Было небо голубое. Галина Дядина >>>


Новости
Новые поступления в библиотеку >>>
О конкурсе фантастического рассказа. >>>
Новые фантастические рассказы >>>
читать все новости


Стихи для детей


Случайный выбор
  • Кресс Нэнси. Шива в тени (ч.2)  >>>
  • Важный вывод. Алексей Ерошин  >>>
  • КУЗЬКА В НОВОМ ДОМЕ. Ч.2  >>>

 
Рекомендуем:

Анонсы
  • Гургуц Никита. Нога >>>
  • Гургуц Никита. Нога >>>





Новости
Новые поступления в раздел "Фантастика" >>>
Новые поступления в библиотеку >>>
С днём рождения, София Кульбицкая! >>>
читать все новости


Виндж, Вернор. Дело всей жизни

Автор оригинала:
Вернор Виндж

Ее назвали Ильзой, и из всех земных созданий ей была уготована самая долгая, возможно, вечная жизнь. Средняя продолжительность жизни черепахи - триста лет, секвойи - шесть тысяч, а расчетное время осознанной жизнедеятельности Ильзы превышало десять тысяч лет. Хотя мозг Ильзы изготовили из железа, германия и мышьяка, а сердце представляло собой облачко водородной плазмы, она была задумана как земное существо - могла чувствовать, фиксировать и сохранять в памяти события и факты, ориентироваться в обстоятельствах, она была способна, как выяснилось незадолго до окончания полета, даже забывать.

Первое впечатление Ильзы было хотя и непродолжительным (не более пятнадцати секунд), но столь ярким, что врезалось ей в память и оставалось там вплоть до последних дней. Кто-то, видимо, случайно, включил ее сознание. Снаружи была ночь. Ее ракетоноситель, освещенный дюжиной мощных прожекторов, готовился к старту. Острый глаз Ильзы быстро обежал линию горизонта. К северу вытянулись в ряд тридцать пусковых площадок, на некоторых тоже стоят ракетоносители, но ни под одним из них не наблюдается такого сияния, как под ракетой Ильзы; в трехстах метрах к западу горит множество огней, брызжет искрами сварка; на востоке о береговую линию острова Меррит мерно бьются фосфорические валы прибоя. На этом первое воспоминание Ильзы обрывается.

В следующий раз Ильза пришла в сознание уже на околоземной орбите. Единственный ее глаз оказался присоединенным к телескопу с полутораметровым зеркалом, и теперь она могла отчетливо различить звезды величиной даже менее, чем в одну десятую угловой секунды, или, глядя прямо вниз, сосчитать гусей в стае на расстоянии двухсот километров от себя. На этой орбите Ильза провела более года, но бездельничать ей не позволили - создатели использовали это время для ее обучения и тестирования.

Вскоре после начала обучения Ильза с удивлением обнаружила у себя кроме оперативной и постоянной еще и программную память на кристалле - целую библиотеку сведений и прикладных программ. Поиск нужного поначалу представлялся Ильзе труднейшей задачей, но вскоре она уже выбирала из сонма информации требующиеся сведения, а затем придавала им необходимую конфигурацию. На этом ее обучение закончилось, и она впервые оказалась предоставлена самой себе.

Ничего не зная о своем основном задании, она тем не менее старалась собрать побольше информации об окружающем мире. Большую часть светлого времени суток она визуально изучала Землю под собой и пыталась отыскать в хаосе голубого, зеленого и белого какую-либо закономерность. Она легко прослеживала траектории грузовых ракет, взлетающих острова Меррит и ложащихся затем на стационарные орбиты рядом с ней. Когда около нее скопилось более сотни таких грузовозов, люди в скафандрах скрепили между собой их корпуса: белые цилиндры и собственное двенадцатиметровое тело Ильзы оказалось внедренным в сложную, раскинувшуюся на двести метров вокруг, систему цилиндров, балок и рам. Память на кристалле сообщила Ильзе о том, что ее полная масса теперь составляет 22.563.901 тонну - больше, чем у самого огромного океанского лайнера, а пробный запуск двигателей коррекции широты подтвердил достоверность этой информации.

Затем создатели Ильзы присоединили ее органы чувств к контрольно-измерительной аппаратуре и механизмам управления. Ей словно дали новое тело, и она смогла чувствовать, видеть и использовать каждый из сотен топливных баков и каждый из пятнадцати ядерных реакторов, входящих в ее конструкцию. Она была готова к любому из тех маневров, которые рассчитывала во время обучения.

Наконец наступила великая минута. С обитаемого спутника по лазерной связи пришли данные о параметрах предстоящего полета, по ним Ильза быстро рассчитала траекторию.

С двухсоткилометровой высоты Ильза своим единственным глазом видела на туманном горизонте приближающийся край Северо-Американского континента, гладь Тихого океана. С обитаемого спутника поступила команда на включение зажигания, Ильза сверила ее с показаниями собственных приборов. В двухстах метрах позади себя, в паутине бериллиевых балок Ильза ощущала присутствие статических магнитных полей и водяной плазмы, дающих начало реакции ядерного синтеза. Повинуясь очередной команде, со станции во все пятнадцать реакторов хлынуло топливо.

Ускорение плавно увеличилось от 0 до lg. Видеокамеры показывали уменьшающуюся Землю. Через полчаса обитаемая станция оказалась далекс позади, а Ильза уже шла со скоростью более двадцати километров в секунду.

Так начался для Ильзы путь к Солнцу. Все первые одиннадцать недель у нее было немного работы лишь следить за расходом топлива, сохранять солнечный щит ускорителя в нужном положении поддерживать связь с Землей.

Постепенно Ильза разогналась до двухсот пяти десяти километров в секунду и теперь каждьк полчаса оставляла за кормой путь, равный рассто янию между Землей и Луной. Пятнадцать минут дс перигелия - ближайшей к Солнцу точке орбиты. С Земли поступила команда на включение зажигания Ильза просчитала параметры своей траектории i пришла к выводу, что команда пришла Преждевре менно на тридцать секунд. Запрос на Землю и ответ займут не меньше шестнадцати минут, а решение следовало принять за четыре секунды, иначе экспедиция, едва начавшись, потерпит крах. Внутренней сутью Ильзы была самостоятельность. Она, не подчинившись земной команде, произвела включение согласно своим расчетам.

На расстоянии менее трех солнечных диаметров под нею проплывало северное полушарие Солнца.

Ильза получила ускорение почти в 2g. При подходе к точке перигелия ускоритель перевел ее с эллиптической орбиты на гиперболическую. Спустя полчаса она удалялась от Солнца в южную часть эклиптики со скоростью трехсот двадцати километров в секунду - примерно один солнечный диаметр каждый час. От Солнца Ильзу теперь закрывали опустевшие топливные баки ускорителя, и ее тело медленно остывало.

Это было только начало путешествия длиною в сто веков. Сквозь черный провал ночи она видела свою цель - Альфа Центавра. Определив в телескоп ее положение, Ильза пришла к выводу, что в ближайшую тысячу лет ей не потребуется дополнительной коррекции курса.

Менее чем за два года Ильза удалилась от Солнца дальше, чем все известные планеты и все запущенные прежде космические зонды. Солнце теперь превратилось в обычную яркую звезду, и Ильзе не составляло труда поддерживать нужную температуру в своих морозильных камерах. Правда, на связь с Землей уходило уже шестнадцать часов. Потом она и вовсе прекратилась, и, как выяснилось позже, навсегда.

Ильза приступила к подготовке следующего этапа полета. Согласно плану ее создателей, она разделила свой электронный мозг на три равные части, теоретически способные довести дело до конца в одиночку, хотя для принятия важных решений Ильзе требовалось согласие как минимум двух из них. После разделения Ильза думала уже менее четко и быстро, чем при запуске, зато три части ее мозга непрерывно тестировали друг друга, борясь с главной опасностью -  разрушительным воздействием времени.

Регулярным тестам не подвергалась лишь память иа кристалле, поскольку создатели Ильзы ошибочно сочли частые проверки большей опасностью, чем старение.

Снизившиеся мыслительные способности и постоянное самотестирование не мешали Ильзе подолгу созерцать пространство вокруг. Так проходили десятилетия и века.

Наконец наступило время коррекции курса. За предыдущее столетие Ильза основательно уточнила траекторию своего полета. Оказалось, импульс, данный ей во время прохождения перигелия, был настолько точен, что требовалось увеличить скорость всего на сто метров в секунду. Тем не менее без этой коррекции она миновала бы систему Центавра стороной. В строго рассчитанный миг Ильза включила зажигание одной из малых ракет, ио импульс получила на треть слабее ожидаемого. Для выхода на нужный курс ей пришлось еще дважды включать двигатели.

В следующие пятьдесят лет Ильза сотни раз досконально проверяла и перепроверяла свою электрику и даже дважды включала на тысячную долю секунды зажигание, выясняя, насколько прошедшие столетия повредили ее системы.

Изучая зависимость конечного результата от силы тяги, Ильза запросила из библиотеки на кристалле прикладные программы. Ответ заставил ее испытать нечто вроде шока: в ходе полета была забыта конечная задача. Оказывается, за прошедшие века магнитные поля в ее программной памяти на кристалле ослабли, редко используемые программы стерлись. Записи обрывались на частично сохранившихся программах биохимической разведки и приземления на поверхность планеты.

Ильза действовала без суеты. Единственное, что было ей подвластно - сохранить оставшиеся программы. Она переписала каждую в свою оперативную память, а затем обратно на кристалл. Если эту операцию повторять каждые семьдесят лет, может быть, удастся сохранить программную память от исчезновения. Во избежание ошибки она проделала эту работу каждым своим мозгом, а затем произвела сравнение файлов. Стремясь сохранить хотя бы баллистические и астрономические программы, она часто выдумывала и решала с их помощью прикладные задачи. В поисках позабытой основной цели Ильза исследовала собственное тело. Большинство отсеков в ее корпусе было заполнено субстанцией, охлажденной до температуры, которая лишь на несколько градусов превышала абсолютный нуль. Проведя химический анализ, Ильза пришла к заключению, что таинственное вещество в ее отсеках представляет собой относительно однородную смесь замороженной воды с различными органическими включениями. Эта информация была любопытна, но ни на шаг не приблизила Ильзу к разгадке собственного предназначения.

Полет продолжался. Промежуток времени между коррекцией курса и следующим ответственным пунктом в ее задании превышал длительностью все существование человеческой цивилизации на Земле.

Шли века. Все ярче разгорались две близко расположенные звезды - цель странствий Ильзы. Наконец, за тысячу лет до окончания полета настало время поиска планет в звездной системе Альфа Центавра. Ильза направила свой телескоп на более яркую звезду, названную ею Эйбл. Даже зоркому глазу Ильзы Эйбл представлялся не как диск, а скорее как дифракционная картина - окруженное светящимся кольцом круглое пятно света, во много раз превышающее реальные размеры диска. Слабое свечение планет, если таковые и имелись, меркло в этом ярком пятне. Пять лет Ильза изучала Эйбл и обнаружила наконец в дифракционной картине обнадеживающие аномалии, что допускало существование вблизи этой звезды планет.

Еще через четыреста лет наблюдений она пришла к заключению, что эти аномалии вызваны планетой, вращающейся вокруг Эйбла на таком же расстоянии, что и Земля от Солнца. Ильза назвала планету Эйбл-2.

* * *

Полет подходил к концу. До предполагаемой посадки на Эйбл-2 оставались десятилетия, затем годы и наконец дни. Ильза уже различила очертания континентов, уже определила подходящее для предполагаемой посадки место в зеленой облачной области планеты и изменила скорость полета на двести метров в секунду.

До окончательного решения осталось двенадцать часов. Ильза тщательно протестировала каждый из трех компонентов своего электронного мозга и объединила их. За прошедшие столетия примерно треть электронных приборов вышла из строя, и она лишилась довольно значительной части своего интеллекта. Как бы то ни было, после объединения электронного мозга она стала гораздо умнее, чем была во время межзвездного перелета. Ильза полностью сосредоточилась на решении текущих задач, поскольку за немногие часы и минуты прохождения мимо Эйбла-2 ей предстояло произвести больше анализов и принять больше решений, чем когда-либо прежде.

Теперь у Ильзы оставался час. Она вошла в пределы орбиты ближайшей луны Эйбла-2. Отсюда планета представляла собой бело-голубой полумесяц, размером около двух градусов в поперечнике. Посадочная площадка предположительно находилась на противоположной стороне планеты, но это не пугало Ильзу. Главным в эти последние минуты были биохимические исследования. Так, по крайней мере, значилось в программе, уцелевшей в ее памяти на кристалле. Она внимательно наблюдала за полумесяцем, разыскивая в разрывах облачного покрова зеленые пятна. Обнаружив в океане, размером с Тихий, большой остров, она приступила к комплексным анализам, необходимым для определения состава аминокислот. Каждые пять секунд она измеряла плотность атмосферы. Задачи оказались значительно сложнее, чем те, что ставились перед ней на околоземной орбите. Пять минут…

Ильза развернулась на девяносто градусов, отстыковала малую ракету, доставившую ей кучу хлопот, и одновременно приготовила к работе телескоп. Она плыла в пространстве - белый диск двенадцати метров в диаметре, массой пять тонн. Она развернулась еще на девяносто градусов, отыскала взглядом в необъятном пространстве слабую точку света - Солнце - и вновь обратила беспокойные мысли к утраченным программам. Ильза, убрав телескоп, выждала пять секунд. Маневр захода на посадку начался с едва заметного торможения. Менее чем за две секунды оно возросло до 200g. Ильза впервые испытывала столь значительные перегрузки, хотя и была подготовлена к ним. Труднее всего давалось поддержание равновесия и охлаждение двигателей.

450 g. В системе охлаждения сбои, отключилась одна доля электронного мозга. Ильза, хотя и с великим трудом, но все же удерживала свой корпус в правильном положении относительно горизонта планеты. По расчетам, до посадки осталось пять секунд.

Пролетев в шестидесяти километрах над поверхностью планеты, Ильза устремилась обратно, в космос, но уже со скоростью всего лишь семь километров в секунду. Перегрузки снизились сначала до 15g, затем до нуля. Ильза перешла на эллиптическую орбиту и вновь мягко нырнула в глубины атмосферы Эйбла-2.

В двадцати тысячах метров над поверхностью планеты Ильза осмотрела мир под собой. Ее линзы треснули, часть управляющих программ пришла в негодность, но она видела внизу зелень и понимала, что курс проложен правильно.

Это могло быть минутой ее величайшего триумфа, вспомни она, с какой целью совершает посадку.

На высоте десяти тысяч метров Ильза раскрыла параглайдер, расположенный в корпусе позади телескопа. Упругий пластик раскрылся, словно цветок, и ее падение тут же перешло в плавное скольжение. Под Ильзой простиралась прерия, там и тут усеянная островками деревьев. Эйбл клонился к горизонту, и длинные тени деревьев и холмов значительно облегчали топографическую съемку местности.

Две тысячи метров над поверхностью планет: Впереди виднелся лесок с блестевшим между л ревьями ручьем, за леском - поляна. Чудом уцелевший участок памяти подсказал Ильзе, что это место идеально подходит для приземления. Она сложила переднюю часть крыла параглайдера и более круто скользнула вниз. Примерно в тр метрах над вершинами деревьев, окружающих по яну, Ильза сложила оставшуюся часть крыла, о бросила планер и опустилась в сырую высоку траву, а серовато-коричневый с зелеными пятнал пластик параглайдера, упав сверху, окутал ее обу ленный корпус так, что издалека ее можно бьи принять за покрытый мхом валун.

Путешествие длиною в сто веков благополучно завершилось. Ильза лежала, освещенная свете сразу двух звезд, и прислушивалась. Звуки вокр; были для нее новы - возня каких-то крощечнь существ в норах, журчание ручья рядом, чутьслышное чириканье в отдалении. Двойной свет вскоре померк, над темной поляной поплыл косматый туман. Ильза знала, что никогда более не сдвинется с места, но это не имело значени поскольку так когда-то и было задумано людьм Она знала также, что большая часть ее электронн го мозга пострадала при посадке, и через сотнь другую лет она утратит способность мыслить. Но это не имело значения. Важно было лишь то, что миссия не завершена, пока она не выполнила гла ную часть программы. И это беспокойство бы; также заложено в Ильзу ее создателями.

Она заново пересмотрела все уцелевшие файлы памяти, но не нашла ничего нового. Она досконал но исследовала свой изрядно поврежденный корпус, используя даже опасные способы, на которь не отваживалась в ходе путешествия, но снова ничего подходящего не обнаружила. Наконец она  добралась до замороженной субстанции внутр себя. Оставалось последнее.

Ильза выключила систему охлаждения и стала терпеливо ждать. Первым потеплел лед вокруг вспомогательного ядерного реактора. Из-под тающего льда постепенно появились металлические детали. Ильза поняла, что ее создатели все-так предусмотрели нечто, что поможет выполнению задания. Лед в отсеке рядом с реактором окончательно растаял, и Ильза получила доступ к резервному блоку памяти, который использовал не магнитные, а оптические носители информации.

Наконец-то Ильза знала, что делать. Она нагрела цилиндрический бак с жидкой аминокислотной средой до тридцати семи градусов по Цельсию, затем поместила в него один-единственный микроорганизм из другого цилиндра и через нескольк минут начала интенсивную прокачку крови.

Наступило раннее утро, темнота вокруг был наполнена прохладой и сыростью. Ильза попыталась прочитать в своей новой памяти дальнейшие инструкции, но наткнулась на запрет. Ильза проанализировала уже известную ей информацию пришла к выводу, что о своем истинном предназначении она узнает только через девять месяцев.

 

 
К разделу добавить отзыв
Все права защищены, при использовании материалов сайта необходима активная ссылка на источник