Добавить в избранное

Форум площадки >>>

Рекомендуем:

Анонсы
  • Евсеев Игорь. Рождение ангела >>>
  • Олди Генри Лайон. Я б в Стругацкие пошел – пусть меня научат… >>>
  • Ужасное происшествие. Алексей Ерошин >>>
  • Дрессированный бутерброд. Елена Филиппова >>>
  • Было небо голубое. Галина Дядина >>>


Новости
Новые поступления в библиотеку >>>
О конкурсе фантастического рассказа. >>>
Новые фантастические рассказы >>>
читать все новости


Стихи для детей


Случайный выбор
  • Шекли, Роберт. Специалист  >>>
  • Кавардак. Андрей Сметанин  >>>
  • Саймак, Клиффорд. Операция...  >>>

 
Рекомендуем:

Анонсы
  • Гургуц Никита. Нога >>>
  • Гургуц Никита. Нога >>>





Новости
Новые поступления в раздел "Фантастика" >>>
Новые поступления в библиотеку >>>
С днём рождения, София Кульбицкая! >>>
читать все новости


А.Толстой. Золотой ключик, или приключения Буратино. Ч.1

Автор оригинала:
Алексей Николаевич Толстой

Посвящаю эту книгу Людмиле Ильиничне Толстой

Предисловие

Когда я был маленький – очень, очень давно, – я читал одну книжку: она называлась «Пиноккио, или Похождения деревянной куклы» (деревянная кукла по итальянски – буратино).
Я часто рассказывал моим товарищам, девочкам и мальчикам, занимательные приключения Буратино. Но так как книжка потерялась, то я рассказывал каждый раз по разному, выдумывал такие похождения, каких в книге совсем и не было.
Теперь, через много много лет, я припомнил моего старого друга Буратино и надумал рассказать вам, девочки и мальчики, необычайную историю про этого деревянного человечка.

Алексей Толстой

Я нахожу, что из всех образов Буратино, созданных разными художниками, Буратино Л. Владимирского самый удачный, самый привлекательный и более всего соответствующий образу маленького героя А. Толстого.

Людмила Толстая

Столяру Джузеппе попалось под руку полено, которое пищало человеческим голосом

Давным давно в городке на берегу Средиземного моря жил старый столяр Джузеппе, по прозванию Сизый Нос.
Однажды ему попалось под руку полено, обыкновенное полено для топки очага в зимнее время.
– Неплохая вещь, – сказал сам себе Джузеппе, – можно смастерить из него что нибудь вроде ножки для стола…
Джузеппе надел очки, обмотанные бечёвкой, – так как очки были тоже старые, – повертел в руке полено и начал его тесать топориком.
Но только он начал тесать, чей то необыкновенно тоненький голосок пропищал:
– Ой ой, потише, пожалуйста!
Джузеппе сдвинул очки на кончик носа, стал оглядывать мастерскую – никого…
Он заглянул под верстак – никого…
 
Он посмотрел в корзине со стружками – никого…
Он высунул голову за дверь – никого на улице…
«Неужели мне почудилось? – подумал Джузеппе. – Кто бы это мог пищать?..»
Он опять взял топорик и опять – только ударил по полену…
– Ой, больно же, говорю! – завыл тоненький голосок.
На этот раз Джузеппе испугался не на шутку, у него даже вспотели очки… Он осмотрел все углы в комнате, залез даже в очаг и, свернув голову, долго смотрел в трубу.
– Нет никого…
«Может быть, я выпил чего нибудь неподходящего и у меня звенит в ушах?» – размышлял про себя Джузеппе…
Нет, сегодня он ничего неподходящего не пил… Немного успокоясь, Джузеппе взял рубанок, стукнул молотком по задней его части, чтобы в меру – не слишком много и не слишком мало – вылезло лезвие, положил полено на верстак – и только повёл стружку…
– Ой, ой, ой, ой, слушайте, чего вы щиплетесь? – отчаянно запищал тоненький голосок…
Джузеппе уронил рубанок, попятился, попятился и сел прямо на пол: он догадался, что тоненький голосок шёл изнутри полена.

Джузеппе дарит говорящее полено своему другу Карло

В это время к Джузеппе зашёл его старинный приятель, шарманщик по имени Карло.
Когда то Карло в широкополой шляпе ходил с прекрасной шарманкой по городам и пением и музыкой добывал себе на хлеб.
Сейчас Карло был уже стар и болен, и шарманка его давно сломалась.
– Здравствуй, Джузеппе, – сказал он, зайдя в мастерскую. – Что ты сидишь на полу?
– А я, видишь ли, потерял маленький винтик… Да ну его! – ответил Джузеппе и покосился на полено. – Ну а ты как живёшь, старина?
– Плохо, – ответил Карло. – Всё думаю – чем бы мне заработать на хлеб… Хоть бы ты мне помог, посоветовал бы, что ли…
– Чего проще, – сказал весело Джузеппе и подумал про себя: «Отделаюсь ка я сейчас от этого проклятого полена». – Чего проще: видишь – лежит на верстаке превосходное полено, – возьми ка ты это полено, Карло, и отнеси домой…
– Э хе хе, – уныло ответил Карло, – что же дальше то? Принесу я домой полено, а у меня даже и очага в каморке нет.
– Я тебе дело говорю, Карло… Возьми ножик, вырежь из этого полена куклу, научи её говорить всякие смешные слова, петь и танцевать, да и носи по дворам. Заработаешь на кусок хлеба и стаканчик вина.
В это время на верстаке, где лежало полено, пискнул весёлый голосок:
– Браво, прекрасно придумано, Сизый Нос!
Джузеппе опять затрясся от страха, а Карло только удивлённо оглядывался – откуда голос?
– Ну, спасибо, Джузеппе, что посоветовал. Давай, пожалуй, твоё полено.
Тогда Джузеппе схватил полено и поскорее сунул его другу. Но то ли он неловко сунул, то ли оно само подскочило и стукнуло Карло по голове.
– Ах вот какие твои подарки! – обиженно крикнул Карло.
– Прости, дружище, это не я тебя стукнул.
– Значит, я сам себя стукнул по голове?
– Нет, дружище, – должно быть, само полено тебя стукнуло.
– Врёшь, ты стукнул…
– Нет, не я…
– Я знал, что ты пьяница, Сизый Нос, – сказал Карло, – а ты ещё и лгун.
– Ах ты – ругаться! – крикнул Джузеппе. – Ну ка, подойди ближе!..
– Сам подойди ближе, я тебя схвачу за нос!..
Оба старика надулись и начали наскакивать друг на друга. Карло схватил Джузеппе за сизый нос. Джузеппе схватил Карло за седые волосы, росшие около ушей.
После этого они начали здорово тузить друг друга под микитки. Пронзительный голосок на верстаке в это время пищал и подначивал:
– Вали, вали хорошенько!
 
Наконец старики устали и запыхались. Джузеппе сказал:
– Давай помиримся, что ли…
Карло ответил:
– Ну что ж, давай помиримся…
Старики поцеловались. Карло взял полено под мышку и пошёл домой.

Карло мастерит деревянную куклу и называет её Буратино

Карло жил в каморке под лестницей, где у него ничего не было, кроме красивого очага – в стене против двери.
Но красивый очаг, и огонь в очаге, и котелок, кипящий на огне, были не настоящие – нарисованы на куске старого холста.
Карло вошёл в каморку, сел на единственный стул у безногого стола и, повертев так и эдак полено, начал ножом вырезывать из него куклу.
«Как бы мне её назвать? – раздумывал Карло. – Назову ка я её Буратино. Это имя принесёт мне счастье. Я знал одно семейство – всех их звали Буратино: отец – Буратино, мать – Буратино, дети – тоже Буратино… Все они жили весело и беспечно…»
Первым делом он вырезал на полене волосы, потом – лоб, потом – глаза…
Вдруг глаза сами раскрылись и уставились на него…
Карло и виду не подал, что испугался, только ласково спросил:
– Деревянные глазки, почему вы так странно смотрите на меня?
Но кукла молчала – должно быть, потому, что у неё ещё не было рта. Карло выстругал щёки, потом выстругал нос – обыкновенный…
Вдруг нос сам начал вытягиваться, расти, и получился такой длинный острый нос, что Карло даже крякнул:
– Нехорошо, длинен…
И начал резать у носа кончик. Не тут то было!
Нос вертелся, вывёртывался, так и остался – длинным длинным, любопытным, острым носом.
Карло принялся за рот. Но только успел вырезать губы – рот сразу открылся:
– Хи хи хи, ха ха ха!
И высунулся из него, дразнясь, узенький красный язык.
Карло, уже не обращая внимания на эти проделки, продолжал стругать, вырезывать, ковырять. Сделал кукле подбородок, шею, плечи, туловище, руки…
Но едва окончил выстругивать последний пальчик, Буратино начал колотить кулачками Карло по лысине, щипаться и щекотаться.
– Послушай, – сказал Карло строго, – ведь я ещё не кончил тебя мастерить, а ты уже принялся баловаться… Что же дальше то будет… А?
И он строго поглядел на Буратино. И Буратино круглыми глазами, как мышь, глядел на папу Карло.
Карло сделал ему из лучинок длинные ноги с большими ступнями. На этом окончив работу, поставил деревянного мальчишку на пол, чтобы научить ходить.
Буратино покачался, покачался на тоненьких ножках, шагнул раз, шагнул другой, скок, скок – прямо к двери, через порог и – на улицу.
 
Карло, беспокоясь, пошёл за ним:
– Эй, плутишка, вернись!..
Куда там! Буратино бежал по улице, как заяц, только деревянные подошвы его – туки тук, туки тук – постукивали по камням…
– Держите его! – закричал Карло.
Прохожие смеялись, показывая пальцами на бегущего Буратино. На перекрёстке стоял огромный полицейский с закрученными усами и в треугольной шляпе.
Увидев бегущего деревянного человечка, он широко расставил ноги, загородив всю улицу. Буратино хотел проскочить у него между ног, но полицейский схватил его за нос и так держал, покуда не подоспел папа Карло…
– Ну, погоди ж ты, я с тобой ужо расправлюсь, – отпыхиваясь, проговорил Карло и хотел засунуть Буратино в карман куртки…
Буратино совсем не хотелось в такой весёлый день при всём народе торчать ногами кверху из кармана куртки – он ловко вывернулся, шлёпнулся на мостовую и притворился мёртвым…
– Ай, ай, – сказал полицейский, – дело, кажется, скверное!
Стали собираться прохожие. Глядя на лежащего Буратино, качали головами.
– Бедняжка, – говорили они, – должно быть, с голоду…
– Карло его до смерти заколотил, – говорили другие, – этот старый шарманщик только притворяется хорошим человеком, он дурной, он злой человек…
Слыша всё это, усатый полицейский схватил несчастного Карло за воротник и потащил в полицейское отделение.
Карло пылил башмаками и громко стонал:
– Ох, ох, на горе себе я сделал деревянного мальчишку!
Когда улица опустела, Буратино поднял нос, огляделся и вприпрыжку побежал домой…

Говорящий Сверчок даёт Буратино мудрый совет

Прибежав в каморку под лестницей, Буратино шлёпнулся на пол около ножки стула.
– Чего бы ещё такое придумать?
Не нужно забывать, что Буратино шёл всего первый день от рождения. Мысли у него были маленькие маленькие, коротенькие коротенькие, пустяковые пустяковые.
В это время послышалось:
– Крри кри, крри кри, крри кри.
Буратино завертел головой, оглядывая каморку.
– Эй, кто здесь?
– Здесь я, крри кри…
Буратино увидел существо, немного похожее на таракана, но с головой как у кузнечика. Оно сидело на стене над очагом и тихо потрескивало – крри кри, – глядело выпуклыми, как из стекла, радужными глазами, шевелило усиками.
– Эй, ты кто такой?
– Я – Говорящий Сверчок, – ответило существо, – живу в этой комнате больше ста лет.
– Здесь я хозяин, убирайся отсюда.
– Хорошо, я уйду, хотя мне грустно покидать комнату, где я прожил сто лет, – ответил Говорящий Сверчок, – но, прежде чем я уйду, выслушай полезный совет.
– Оччччень мне нужны советы старого сверчка…
– Ах, Буратино, Буратино, – проговорил сверчок, – брось баловство, слушайся Карло, без дела не убегай из дома и завтра начни ходить в школу. Вот мой совет. Иначе тебя ждут ужасные опасности и страшные приключения. За твою жизнь я не дам и дохлой сухой мухи.
– Поччччему? – спросил Буратино.
– А вот ты увидишь – поччччему, – ответил Говорящий Сверчок.
– Ах ты, столетняя букашка таракашка! – крикнул Буратино. – Больше всего на свете я люблю страшные приключения. Завтра чуть свет убегу из дома – лазить по заборам, разорять птичьи гнёзда, дразнить мальчишек, таскать за хвосты собак и кошек… Я ещё не то придумаю!..
– Жаль мне тебя, жаль, Буратино, прольёшь ты горькие слёзы.
– Поччччему? – опять спросил Буратино.
– Потому, что у тебя глупая деревянная голова.
Тогда Буратино вскочил на стул, со стула на стол, схватил молоток и запустил его в голову Говорящему Сверчку.
Старый умный сверчок тяжело вздохнул, пошевелил усами и уполз за очаг – навсегда из этой комнаты.

Буратино едва не погибает по собственному легкомыслию
Папа Карло клеит ему одежду из цветной бумаги и покупает азбуку

После случая с Говорящим Сверчком в каморке под лестницей стало совсем скучно. День тянулся и тянулся. В животе у Буратино тоже было скучновато.
Он закрыл глаза и вдруг увидел жареную курицу на тарелке.
Живо открыл глаза – курица на тарелке исчезла.
Он опять закрыл глаза – увидел тарелку с манной кашей пополам с малиновым вареньем.
Открыл глаза – нет тарелки с манной кашей пополам с малиновым вареньем. Тогда Буратино догадался, что ему ужасно хочется есть.
Он подбежал к очагу и сунул нос в кипящий на огне котелок, но длинный нос Буратино проткнул насквозь котелок, потому что, как мы знаем, и очаг, и огонь, и дым, и котелок были нарисованы бедным Карло на куске старого холста.
Буратино вытащил нос и поглядел в дырку – за холстом в стене было что то похожее на небольшую дверцу, но там было так затянуто паутиной, что ничего не разобрать.
Буратино пошёл шарить по всем углам – не найдётся ли корочки хлебца или куриной косточки, обглоданной кошкой.
Ах, ничего то, ничего то не было у бедного Карло запасено на ужин!
Вдруг он увидел в корзинке со стружками куриное яйцо. Схватил его, поставил на подоконник и носом – тюк тюк – разбил скорлупу.
 
Внутри яйца пискнул голосок:
– Спасибо, деревянный человечек!
Из разбитой скорлупы вышел цыплёнок с пухом вместо хвоста и с весёлыми глазами.
– До свиданья! Мама Кура давно меня ждёт на дворе.
И цыплёнок выскочил в окно – только его и видели.
– Ой, ой, – закричал Буратино, – есть хочу!..
День наконец кончил тянуться. В комнате стало сумеречно.
Буратино сидел около нарисованного огня и от голода потихоньку икал.
Он увидел – из под лестницы, из под пола, показалась толстая голова. Высунулось, понюхало и вылезло серое животное на низких лапах.
Не спеша оно пошло к корзине со стружками, влезло туда, нюхая и шаря, – сердито зашуршало стружками. Должно быть, оно искало яйцо, которое разбил Буратино.
Потом оно вылезло из корзины и подошло к Буратино. Понюхало его, крутя чёрным носом с четырьмя длинными волосками с каждой стороны. От Буратино съестным не пахло – оно пошло мимо, таща за собой длинный тонкий хвост.
Ну как его было не схватить за хвост! Буратино сейчас же и схватил.
Это оказалась старая злая крыса Шушара.
С испугу она, как тень, кинулась под лестницу, волоча Буратино, но увидела, что это всего навсего деревянный мальчишка, – обернулась и с бешеной злобой набросилась, чтобы перегрызть ему горло.
Теперь уже Буратино испугался, отпустил холодный крысиный хвост и вспрыгнул на стул. Крыса – за ним.
Он со стула перескочил на подоконник. Крыса – за ним.
С подоконника он через всю каморку перелетел на стол. Крыса – за ним… И тут, на столе, она схватила Буратино за горло, повалила, держа его в зубах, соскочила на пол и поволокла под лестницу, в подполье.
– Папа Карло! – успел только пискнуть Буратино.
– Я здесь! – ответил громкий голос.
Дверь распахнулась, вошёл папа Карло. Стащил с ноги деревянный башмак и запустил им в крысу.
Шушара, выпустив деревянного мальчишку, скрипнула зубами и скрылась.
– Вот до чего доводит баловство! – проворчал папа Карло, поднимая с пола Буратино. Посмотрел, всё ли у него цело. Посадил его на колени, вынул из кармана луковку, очистил.
– На, ешь!..
Буратино вонзил голодные зубы в луковицу и съел её, хрустя и причмокивая. После этого стал тереться головой о щетинистую щёку папы Карло.
– Я буду умненький благоразумненький, папа Карло… Говорящий Сверчок велел мне ходить в школу.
– Славно придумано, малыш…
– Папа Карло, но ведь я – голенький, деревянненький, – мальчишки в школе меня засмеют.
– Эге, – сказал Карло и почесал щетинистый подбородок. – Ты прав, малыш!
Он зажёг лампу, взял ножницы, клей и обрывки цветной бумаги. Вырезал и склеил курточку из коричневой бумаги и ярко зелёные штанишки. Смастерил туфли из старого голенища и шапочку – колпачком с кисточкой – из старого носка.
Всё это надел на Буратино.
– Носи на здоровье!
– Папа Карло, – сказал Буратино, – а как же я пойду в школу без азбуки?
– Эге, ты прав, малыш…
Папа Карло почесал в затылке. Накинул на плечи свою единственную старую куртку и пошёл на улицу.
Он скоро вернулся, но без куртки. В руке он держал книжку с большими буквами и занимательными картинками.
– Вот тебе азбука. Учись на здоровье.
– Папа Карло, а где твоя куртка?
– Куртку то я продал… Ничего, обойдусь и так… Только ты живи на здоровье.
Буратино уткнулся носом в добрые руки папы Карло.
 
– Выучусь, вырасту, куплю тебе тысячу новых курток…
Буратино всеми силами хотел в этот первый в его жизни вечер жить без баловства, как учил его Говорящий Сверчок.

Буратино продаёт азбуку и покупает билет в кукольный театр

Рано поутру Буратино положил азбуку в сумочку и вприпрыжку побежал в школу.
По дороге он даже не смотрел на сласти, выставленные в лавках, – маковые на меду треугольнички, сладкие пирожки и леденцы в виде петухов, насаженных на палочку.
Он не хотел смотреть на мальчишек, запускающих бумажного змея…
Улицу переходил полосатый кот Базилио, которого можно было схватить за хвост. Но Буратино удержался и от этого.
Чем ближе он подходил к школе, тем громче неподалёку, на берегу Средиземного моря, играла весёлая музыка.
– Пи пи пи, – пищала флейта.
– Ла ла ла ла, – пела скрипка.
– Дзинь дзинь, – звякали медные тарелки.
– Бум! – бил барабан.
В школу нужно поворачивать направо, музыка слышалась налево. Буратино стал спотыкаться. Сами ноги поворачивали к морю, где:
– Пи пи, пиииии…
– Дзинь ла Зла, дзинь ла ла…
– Бум!
– Школа же никуда же не уйдёт же, – сам себе громко начал говорить Буратино, – я только взгляну, послушаю – и бегом в школу.
Что есть духу он пустился бежать к морю.
Он увидел полотняный балаган, украшенный разноцветными флагами, хлопающими от морского ветра.
Наверху балагана, приплясывая, играли четыре музыканта.
Внизу полная улыбающаяся тётя продавала билеты.
Около входа стояла большая толпа – мальчики и девочки, солдаты, продавцы лимонада, кормилицы с младенцами, пожарные, почтальоны, – все, все читали большую афишу:


КУКОЛЬНЫЙ ТЕАТР
ТОЛЬКО ОДНО ПРЕДСТАВЛЕНИЕ
Торопитесь!
Торопитесь!
Торопитесь!

Буратино дёрнул за рукав одного мальчишку:
– Скажите, пожалуйста, сколько стоит входной билет?
Мальчик ответил сквозь зубы, не спеша:
– Четыре сольдо, деревянный человечек.
– Понимаете, мальчик, я забыл дома мой кошелёк… Вы не можете мне дать взаймы четыре сольдо?..
Мальчик презрительно свистнул:
– Нашёл дурака!..
– Мне ужжжжжжжасно хочется посмотреть кукольный театр! – сквозь слёзы сказал Буратино. – Купите у меня за четыре сольдо мою чудную курточку…
– Бумажную куртку за четыре сольдо? Ищи дурака…
 
– Ну, тогда мой хорошенький колпачок…
– Твоим колпачком только ловить головастиков… Ищи дурака.
У Буратино даже похолодел нос – так ему хотелось попасть в театр.
– Мальчик, в таком случае возьмите за четыре сольдо мою новую азбуку…
– С картинками?
– С ччччудесными картинками и большими буквами.
– Давай, пожалуй, – сказал мальчик, взял азбуку и нехотя отсчитал четыре сольдо.
Буратино подбежал к полной улыбающейся тёте и пропищал:
– Послушайте, дайте мне в первом ряду билет на единственное представление кукольного театра.

Во время представления комедии куклы узнают Буратино

Буратино сел в первом ряду и с восторгом глядел на опущенный занавес.
На занавесе были нарисованы танцующие человечки, девочки в чёрных масках, страшные бородатые люди в колпаках со звёздами, солнце, похожее на блин с носом и глазами, и другие занимательные картинки.
Три раза ударили в колокол, и занавес поднялся.
На маленькой сцене справа и слева стояли картонные деревья. Над ними висел фонарь в виде луны и отражался в кусочке зеркала, на котором плавали два лебедя, сделанные из ваты, с золотыми носами.
Из за картонного дерева появился маленький человечек в длинной белой рубашке с длинными рукавами.
Его лицо было обсыпано пудрой, белой, как зубной порошок.
Он поклонился почтеннейшей публике и сказал грустно:
– Здравствуйте, меня зовут Пьеро… Сейчас мы разыграем перед вами комедию под названием «Девочка с голубыми волосами, или Тридцать три подзатыльника». Меня будут колотить палкой, давать пощёчины и подзатыльники. Это очень смешная комедия…
Из за другого картонного дерева выскочил другой человечек, весь клетчатый, как шахматная доска. Он поклонился почтеннейшей публике.
– Здравствуйте, я – Арлекин!
После этого обернулся к Пьеро и отпустил две пощёчины, такие звонкие, что у того со щёк посыпалась пудра.
– Ты чего хнычешь, дуралей?
– Я грустный потому, что я хочу жениться, – ответил Пьеро.
– А почему ты не женился?
– Потому что моя невеста от меня убежала…
– Ха ха ха, – покатился со смеху Арлекин, – видели дуралея!..
Он схватил палку и отколотил Пьеро.
– Как зовут твою невесту?
– А ты не будешь больше драться?
– Ну нет, я ещё только начал.
– В таком случае её зовут Мальвина, или девочка с голубыми волосами.
– Ха ха ха! – опять покатился Арлекин и отпустил Пьеро три подзатыльника. – Послушайте, почтеннейшая публика… Да разве бывают девочки с голубыми волосами?
Но тут он, повернувшись к публике, вдруг увидел на передней скамейке деревянного мальчишку со ртом до ушей, с длинным носом, в колпачке с кисточкой…
– Глядите, это Буратино! – закричал Арлекин, указывая на него пальцем.
– Живой Буратино! – завопил Пьеро, взмахивая длинными рукавами.
Из за картонных деревьев выскочило множество кукол – девочки в чёрных масках, страшные бородачи в колпаках, мохнатые собаки с пуговицами вместо глаз, горбуны с носами, похожими на огурец…
 
Все они подбежали к свечам, стоявшим вдоль рампы, и, вглядываясь, затараторили:
– Это Буратино! Это Буратино! К нам, к нам, весёлый плутишка Буратино!
Тогда он с лавки прыгнул на суфлёрскую будку, а с неё на сцену.
Куклы схватили его, начали обнимать, целовать, щипать… Потом все куклы запели «Польку Птичку»:

Птичка польку танцевала
На лужайке в ранний час.
Нос налево, хвост направо, –
Это полька Барабас.

Два жука – на барабане,
Дует жаба в контрабас.
Нос налево, хвост направо, –
Это полька Карабас.

Птичка польку танцевала,
Потому что весела.
Нос налево, хвост направо, –
Вот так полечка была…

Зрители были растроганы. Одна кормилица даже прослезилась. Один пожарный плакал навзрыд.
Только мальчишки на задних скамейках сердились и топали ногами:
– Довольно лизаться, не маленькие, продолжайте представление!
Услышав весь этот шум, из за сцены высунулся человек, такой страшный с виду, что можно было окоченеть от ужаса при одном взгляде на него.
Густая нечёсаная борода его волочилась по полу, выпученные глаза вращались, огромный рот лязгал зубами, будто это был не человек, а крокодил. В руке он держал семихвостую плётку.
Это был хозяин кукольного театра, доктор кукольных наук синьор Карабас Барабас.
– Га га га, гу гу гу! – заревел он на Буратино. – Так это ты помешал представлению моей прекрасной комедии?
Он схватил Буратино, отнёс в кладовую театра и повесил на гвоздь. Вернувшись, погрозил куклам семихвостой плёткой, чтобы они продолжали представление.
Куклы кое как закончили комедию, занавес закрылся, зрители разошлись.
Доктор кукольных наук синьор Карабас Барабас пошёл на кухню ужинать.
Сунув нижнюю часть бороды в карман, чтобы не мешала, он сел перед очагом, где на вертеле жарились целый кролик и два цыплёнка.
Помуслив пальцы, он потрогал жаркое, и оно показалось ему сырым.
В очаге было мало дров. Тогда он три раза хлопнул в ладоши. Вбежали Арлекин и Пьеро.
– Принесите ка мне этого бездельника Буратино, – сказал синьор Карабас Барабас. – Он сделан из сухого дерева, я его подкину в огонь, моё жаркое живо зажарится.
Арлекин и Пьеро упали на колени, умоляли пощадить несчастного Буратино.
– А где моя плётка? – закричал Карабас Барабас.
Тогда они, рыдая, пошли в кладовую, сняли с гвоздя Буратино и приволокли на кухню.

Синьор Карабас Барабас вместо того, чтобы сжечь Буратино, даёт ему пять золотых монет и отпускает домой

Когда куклы приволокли Буратино и бросили на пол у решётки очага, синьор Карабас Барабас, страшно сопя носом, мешал кочергой угли.
Вдруг глаза его налились кровью, все лицо сморщилось. Должно быть, ему в ноздри попал кусочек угля.
– Аап… аап… аап… – завыл Карабас Барабас, закатывая глаза, – аап чхи!..
И он чихнул так, что пепел поднялся столбом в очаге.
Когда доктор кукольных наук начинал чихать, то уже не мог остановиться и чихал пятьдесят, а иногда и сто раз подряд.
От такого необыкновенного чихания он обессилевал и становился добрее.
Пьеро украдкой шепнул Буратино:
– Попробуй с ним заговорить между чиханьями…
– Аап чхи! Аап чхи! – Карабас Барабас забирал разинутым ртом воздух и с треском чихал, тряся башкой и топая ногами.
На кухне всё тряслось, дребезжали стёкла, качались сковороды и кастрюли на гвоздях.
Между этими чиханьями Буратино начал подвывать жалобным тоненьким голоском:
– Бедный я, несчастный, никому то меня не жалко!
– Перестань реветь! – крикнул Карабас Барабас. – Ты мне мешаешь… Аап чхи!
– Будьте здоровы, синьор, – всхлипнул Буратино.
– Спасибо… А что – родители у тебя живы? Аап чхи!
– У меня никогда, никогда не было мамы, синьор. Ах я, несчастный! – И Буратино закричал так пронзительно, что в ушах Карабаса Барабаса стало колоть, как иголкой.
Он затопал ногами.
– Перестань визжать, говорю тебе!.. Аап чхи! А что – отец у тебя жив?
– Мой бедный отец ещё жив, синьор.
– Воображаю, каково будет узнать твоему отцу, что я на тебе изжарил кролика и двух цыплят… Аап чхи!
– Мой бедный отец всё равно скоро умрёт от голода и холода. Я его единственная опора в старости. Пожалейте, отпустите меня, синьор.
– Десять тысяч чертей! – заорал Карабас Барабас. – Ни о какой жалости не может быть и речи. Кролик и цыплята должны быть зажарены. Полезай в очаг.
– Синьор, я не могу этого сделать.
– Почему? – спросил Карабас Барабас только для того, чтобы Буратино продолжал разговаривать, а не визжал в уши.
– Синьор, я уже пробовал однажды сунуть нос в очаг и только проткнул дырку.
– Что за вздор! – удивился Карабас Барабас. – Как ты мог носом проткнуть в очаге дырку?
– Потому, синьор, что очаг и котелок над огнём были нарисованы на куске старого холста.
– Аап чхи! – чихнул Карабас Барабас с таким шумом, что Пьеро отлетел налево, Арлекин – направо, а Буратино завертелся волчком.
– Где ты видел очаг, и огонь, и котелок, нарисованными на куске холста?
– В каморке моего папы Карло.
– Твой отец – Карло! – Карабас Барабас вскочил со стула, взмахнул руками, борода его разлетелась. – Так, значит, это в каморке старого Карло находится потайная…
Но тут Карабас Барабас, видимо, не желая проговориться о какой то тайне, обоими кулаками заткнул себе рот. И так сидел некоторое время, глядя выпученными глазами на угасающий огонь.
– Хорошо, – сказал он наконец, – я поужинаю недожаренным кроликом и сырыми цыплятами. Я тебе дарю жизнь, Буратино. Мало того… – Он залез под бороду в жилетный карман, вытащил пять золотых монет и протянул их Буратино. – Мало того… Возьми эти деньги и отнеси их Карло. Кланяйся и скажи, что я прошу его ни в коем случае не умирать от голода и холода и самое главное – не уезжать из его каморки, где находится очаг, нарисованный на куске старого холста. Ступай, выспись и утром пораньше беги домой.
Буратино положил пять золотых монет в карман и ответил с вежливым поклоном:
– Благодарю вас, синьор. Вы не могли доверить деньги в более надёжные руки…
Арлекин и Пьеро отвели Буратино в кукольную спальню, где куклы опять начали обнимать, целовать, толкать, щипать и опять обнимать Буратино, так непонятно избежавшего страшной гибели в очаге.
Он шёпотом говорил куклам:
– Здесь какая то тайна.

По дороге домой Буратино встречает двух нищих– кота Базилио и лису Алису

Рано утром Буратино пересчитал деньги – золотых монет было столько, сколько пальцев на руке, – пять.
Зажав золотые в кулаке, он вприпрыжку побежал домой и напевал:
– Куплю папе Карло новую куртку, куплю много маковых треугольничков, леденцовых петухов на палочках.
Когда из глаз скрылся балаган кукольного театра и развевающиеся флаги, он увидел двух нищих, уныло бредущих по пыльной дороге: лису Алису, ковыляющую на трех лапах, и слепого кота Базилио.
Это был не тот кот, которого Буратино встретил вчера на улице, но другой – тоже Базилио и тоже полосатый. Буратино хотел пройти мимо, но лиса Алиса сказала ему умильно:
– Здравствуй, добренький Буратино! Куда так спешишь?
– Домой, к папе Карло.
Лиса вздохнула ещё умильнее:
– Уж не знаю, застанешь ли ты в живых бедного Карло, он совсем плох от голода и холода…
– А ты это видела? – Буратино разжал кулак и показал пять золотых.
Увидев деньги, лиса невольно потянулась к ним лапой, а кот вдруг широко раскрыл слепые глаза, и они сверкнули у него, как два зелёных фонаря.
Но Буратино ничего этого не заметил.
 
– Добренький, хорошенький Буратино, что же ты будешь делать с этими деньгами?
– Куплю куртку для папы Карло… Куплю новую азбуку…
– Азбуку, ох, ох! – сказала лиса Алиса, качая головой. – Не доведёт тебя до добра это ученье… Вот я училась, училась, а – гляди – хожу на трёх лапах.
– Азбуку! – проворчал кот Базилио и сердито фыркнул в усы. – Через это проклятое ученье я глаз лишился…
На сухой ветке около дороги сидела пожилая ворона. Слушала, слушала и каркнула:
– Врут, врут!..
Кот Базилио сейчас же высоко подскочил, лапой сшиб ворону с ветки, выдрал ей полхвоста – едва она улетела. И опять представился, будто он слепой.
– Вы за что так её, кот Базилио? – удивлённо спросил Буратино.
– Глаза то слепые, – ответил кот, – показалось – это собачонка на дереве…
Пошли они втроём по пыльной дороге. Лиса сказала:
– Умненький, благоразумненький Буратино, хотел бы ты, чтобы у тебя денег стало в десять раз больше?
– Конечно, хочу! А как это делается?
– Проще простого. Пойдём с нами.
– Куда?
– В Страну Дураков.
Буратино немного подумал.
– Нет, уж я, пожалуй, сейчас домой пойду.
– Пожалуйста, мы тебя за верёвочку не тянем, – сказала лиса, – тем хуже для тебя.
– Тем хуже для тебя, – проворчал кот.
– Ты сам себе враг, – сказала лиса.
– Ты сам себе враг, – проворчал кот.
– А то бы твои пять золотых превратились в кучу денег…
Буратино остановился, разинул рот…
– Врёшь!
Лиса села на хвост, облизнулась:
– Я тебе сейчас объясню. В Стране Дураков есть волшебное поле – называется Поле Чудес… На этом поле выкопай ямку, скажи три раза: «Крекс, фекс, пекс», – положи в ямку золотой, засыпь землёй, сверху посыпь солью, полей хорошенько и иди спать. Наутро из ямки вырастет небольшое деревце, на нём вместо листьев будут висеть золотые монеты. Понятно?
Буратино даже подпрыгнул:
– Врёшь!
– Идём, Базилио, – обиженно свернув нос, сказала лиса, – нам не верят – и не надо…
– Нет, нет, – закричал Буратино, – верю, верю!.. Идёмте скорее в Страну Дураков!..

В харчевне «Трёх пескарей»

Буратино, лиса Алиса и кот Базилио спустились под гору и шли, шли – через поля, виноградники, через сосновую рощу, вышли к морю и опять повернули от моря, через ту же рощу, виноградники…
Городок на холме и солнце над ним виднелись то справа, то слева…
Лиса Алиса говорила, вздыхая:
– Ах, не так то легко попасть в Страну Дураков, все лапы сотрёшь…
Под вечер они увидели сбоку дороги старый дом с плоской крышей и с вывеской над входом:


ХАРЧЕВНЯ «ТРЁХ ПЕСКАРЕЙ»

Хозяин выскочил навстречу гостям, сорвал с плешивой головы шапочку и низко кланялся, прося зайти.
– Не мешало бы нам перекусить хоть сухой корочкой, – сказала лиса.
– Хоть коркой хлеба угостили бы, – повторил кот.
Зашли в харчевню, сели около очага, где на вертелах и сковородках жарилась всякая всячина.
Лиса поминутно облизывалась, кот Базилио положил лапы на стол, усатую морду – на лапы, – уставился на пищу.
– Эй, хозяин, – важно сказал Буратино, – дайте нам три корочки хлеба…
Хозяин едва не упал навзничь от удивления, что такие почтенные гости так мало спрашивают.
– Весёленький, остроумненький Буратино шутит с вами, хозяин, – захихикала лиса.
– Он шутит, – буркнул кот.
– Дайте три корочки хлеба и к ним – вон того чудно зажаренного барашка, – сказала лиса, – и ещё того гусёнка, да парочку голубей на вертеле, да, пожалуй, ещё печёночки…
– Шесть штук самых жирных карасей, – приказал кот, – и мелкой сырой рыбы на закуску.
Короче говоря, они взяли всё, что было на очаге: для Буратино осталась одна корочка хлеба.
Лиса Алиса и кот Базилио съели всё вместе с костями.
Животы у них раздулись, морды залоснились.
– Отдохнём часок, – сказала лиса, – а ровно в полночь выйдем. Не забудьте нас разбудить, хозяин…
Лиса и кот завалились на двух мягких кроватях, захрапели и засвистели. Буратино прикорнул в углу на собачьей подстилке…
Ему снилось деревце с кругленькими золотыми листьями… Только он протянул руку…
– Эй, синьор Буратино, пора, уже полночь…
В дверь стучали. Буратино вскочил, протёр глаза. На кровати – ни кота, ни лисы – пусто.
Хозяин объяснил ему:
– Ваши почтенные друзья изволили раньше подняться, подкрепились холодным пирогом и ушли…
– Мне ничего не велели передать?
– Очень даже велели, – чтобы вы, синьор Буратино, не теряя ни минуты, бежали по дороге к лесу…
 
Буратино кинулся к двери, но хозяин стал на пороге, прищурился, руки упёр в бока:
– А за ужин кто будет платить?
– Ой, – пискнул Буратино, – сколько?
– Ровно один золотой…
Буратино сейчас же хотел прошмыгнуть мимо его ног, но хозяин схватил вертел – щетинистые усы, даже волосы над ушами у него встали дыбом.
– Плати, негодяй, или проткну тебя, как жука!
Пришлось заплатить один золотой из пяти. Пошмыгивая носом от огорчения, Буратино покинул проклятую харчевню.
Ночь была темна, – этого мало – черна, как сажа. Всё кругом спало. Только над головой Буратино неслышно летала ночная птица Сплюшка.
Задевая мягким крылом за его нос, Сплюшка повторяла:
– Не верь, не верь, не верь!
Он с досадой остановился:
– Чего тебе?
– Не верь коту и лисе…
– А ну тебя!..
Он побежал дальше и слышал, как Сплюшка верещала вдогонку:
– Бойся разбойников на этой дороге…

На Буратино нападают разбойники

На краю неба появился зеленоватый свет – всходила луна.
Впереди стал виден чёрный лес.
Буратино пошёл быстрее. Кто то позади него тоже пошёл быстрее.
Он припустился бегом. Кто то бежал за ним вслед бесшумными скачками.
Он обернулся.
Его догоняли двое – на головах у них были надеты мешки с прорезанными дырками для глаз.
Один, пониже ростом, размахивал ножом, другой, повыше, держал пистолет, у которого дуло расширялось, как воронка…
 
– Ай ай! – завизжал Буратино и, как заяц, припустился к чёрному лесу.
– Стой, стой! – кричали разбойники.
Буратино хотя и был отчаянно перепуган, всё же догадался – сунул в рот четыре золотых и свернул с дороги к изгороди, заросшей ежевикой… Но тут двое разбойников схватили его…
– Кошелёк или жизнь!
Буратино, будто бы не понимая, чего от него хотят, только часто часто дышал носом. Разбойники трясли его за шиворот, один грозил пистолетом, другой обшаривал карманы.
– Где твои деньги? – рычал высокий.
– Деньги, паршшшивец! – шипел низенький.
– Разорву в клочки!
– Голову отъем!
Тут Буратино от страха так затрясся, что золотые монеты зазвенели у него во рту.
– Вот где у него деньги! – завыли разбойники. – Во рту у него деньги…
Один схватил Буратино за голову, другой – за ноги. Начали его подбрасывать. Но он только крепче сжимал зубы.
Перевернув его кверху ногами, разбойники стукали его головой о землю. Но и это ему было нипочём.
Разбойник – тот, что пониже, – принялся широким ножом разжимать ему зубы. Вот вот уже и разжал… Буратино изловчился – изо всей силы укусил его за руку… Но это оказалась не рука, а кошачья лапа. Разбойник дико взвыл. Буратино в это время вывернулся, как ящерица, кинулся к изгороди, нырнул в колючую ежевику, оставив на колючках клочки штанишек и курточки, перелез на ту сторону и помчался к лесу.
У лесной опушки разбойники опять нагнали его. Он подпрыгнул, схватился за качающуюся ветку и полез на дерево. Разбойники – за ним. Но им мешали мешки на головах.
Вскарабкавшись на вершину, Буратино раскачался и перепрыгнул на соседнее дерево. Разбойники – за ним…
Но оба тут же сорвались и шлёпнулись на землю.
Пока они кряхтели и почёсывались, Буратино соскользнул с дерева и припустился бежать, так быстро перебирая ногами, что их даже не было видно.
От луны деревья отбрасывали длинные тени. Весь лес был полосатый…
Буратино то пропадал в тени, то белый колпачок его мелькал в лунном свете.
Так он добрался до озера. Над зеркальной водой висела луна, как в кукольном театре.
Буратино кинулся направо – топко. Налево – топко… А позади опять затрещали сучья…
– Держи, держи его!..
Разбойники уже подбегали, они высоко подскакивали из мокрой травы, чтобы увидеть Буратино.
– Вот он!
Ему оставалось только броситься в воду. В это время он увидел белого лебедя, спавшего близ берега, засунув голову под крыло.
Буратино кинулся в озерцо, нырнул и схватил лебедя за лапы.
– Го го, – гоготнул лебедь, пробуждаясь, – что за неприличные шутки! Оставьте мои лапы в покое!
Лебедь раскрыл огромные крылья, и в то время когда разбойники уже хватали Буратино за ноги, торчащие из воды, лебедь важно полетел через озеро.
На том берегу Буратино выпустил его лапы, шлёпнулся, вскочил и по моховым кочкам, через камыши пустился бежать – прямо к большой луне над холмами.

Разбойники вешают Буратино на дерево

От усталости Буратино едва перебирал ногами, как муха осенью на подоконнике.
Вдруг сквозь ветки орешника он увидел красивую лужайку и посреди её – маленький, освещённый луной домик в четыре окошка. На ставнях нарисованы солнце, луна и звёзды. Вокруг росли большие лазоревые цветы.
Дорожки посыпаны чистым песочком. Из фонтана била тоненькая струя воды, в ней подплясывал полосатый мячик.
Буратино на четвереньках влез на крыльцо. Постучал в дверь.
В домике было тихо. Он постучал сильнее – должно быть, там крепко спали.
В это время из лесу опять выскочили разбойники. Они переплыли озеро, вода лила с них ручьями. Увидев Буратино, низенький разбойник гнусно зашипел по кошачьи, высокий затявкал по лисьи…
Буратино колотил в дверь руками и ногами:
– Помогите, помогите, добрые люди!..
Тогда в окошко высунулась кудрявая хорошенькая девочка с хорошеньким вздернутым носиком. Глаза у неё были закрыты.
– Девочка, откройте дверь, за мной гонятся разбойники!
– Ах, какая чушь! – сказала девочка, зевая хорошеньким ртом. – Я хочу спать, я не могу открыть глаза…
Она подняла руки, сонно потянулась и скрылась в окошке.
 
Буратино в отчаянии упал носом в песок и притворился мёртвым.
Разбойники подскочили.
– Ага, теперь от нас не уйдёшь!..
Трудно вообразить, чего они только не выделывали, чтобы заставить Буратино раскрыть рот. Если бы во время погони они не обронили ножа и пистолета – на этом месте и можно было бы окончить рассказ про несчастного Буратино.
Наконец разбойники решили его повесить вниз головой, привязали к ногам верёвку, и Буратино повис на дубовой ветке… Они сели под дубом, протянув мокрые хвосты, и ждали, когда у него вывалятся изо рта золотые…
На рассвете поднялся ветер, зашумели на дубу листья. Буратино качался, как деревяшка. Разбойникам наскучило сидеть на мокрых хвостах.
– Повиси, дружок, до вечера, – сказали они зловеще и пошли искать какую нибудь придорожную харчевню.

Девочка с голубыми волосами возвращает Буратино

Над ветвями дуба, где висел Буратино, разлилась утренняя заря.
Трава на поляне стала сизой, лазоревые цветы покрылись капельками росы.
Девочка с кудрявыми голубыми волосами опять высунулась в окошко, протёрла и широко открыла заспанные хорошенькие глаза.
Эта девочка была самой красивой куклой из кукольного театра синьора Карабаса Барабаса.
Не в силах выносить грубых выходок хозяина, она убежала из театра и поселилась в уединённом домике на сизой поляне.
Звери, птицы и некоторые из насекомых очень полюбили её – должно быть, потому что она была воспитанная и кроткая девочка.
Звери снабжали её всем необходимым для жизни.
Крот приносил питательные коренья.
Мыши – сахар, сыр и кусочки колбасы.
Благородная собака пудель Артемон приносил булки.
Сорока воровала для неё на базаре шоколадные конфеты в серебряных бумажках.
Лягушки приносили в ореховых скорлупках лимонад.
Ястреб – жареную дичь.
Майские жуки – разные ягоды.
Бабочки – пыльцу с цветов, – пудриться.
Гусеницы выдавливали из себя пасту для чистки зубов и смазывания скрипящих дверей.
Ласточки уничтожали вблизи дома ос и комаров…
Итак, открыв глаза, девочка с голубыми волосами сейчас же увидела Буратино, висящего вниз головой.
Она приложила ладони к щекам и вскрикнула:
– Ах, ах, ах!
Под окном, трепля ушами, появился благородный пудель Артемон. Он только что выстриг себе заднюю половину туловища, что делал каждый день. Кудрявая шерсть на передней половине туловища была расчёсана, кисточка на конце хвоста перевязана чёрным бантом. На одной из передних лап – серебряные часы.
– Я готов!
Артемон свернул в сторону нос и приподнял верхнюю губу над белыми зубами.
– Позови кого нибудь, Артемон! – сказала девочка. – Надо снять бедняжку Буратино, отнести в дом и пригласить доктора…
– Готов!
Артемон от готовности так завертелся, что сырой песок полетел из под его задних лап… Он кинулся к муравейнику, лаем разбудил всё население и послал четыреста муравьев перегрызть верёвку, на которой висел Буратино.
Четыреста серьёзных муравьев поползли гуськом по узенькой тропинке, влезли на дуб и перегрызли верёвку.
Артемон подхватил передними лапами падающего Буратино и отнёс его в дом… Положив Буратино на кровать, собачьим галопом помчался в лесные заросли и тотчас привёл оттуда знаменитого доктора Сову, фельдшерицу Жабу и народного знахаря Богомола, похожего на сухой сучок.
Сова приложила ухо к груди Буратино.
– Пациент скорее мёртв, чем жив, – прошептала она и отвернула голову назад на сто восемьдесят градусов.
Жаба долго мяла влажной лапой Буратино. Раздумывая, глядела выпученными глазами в разные стороны. Прошлёпала большим ртом:
– Пациент скорее жив, чем мёртв…
Народный лекарь Богомол сухими, как травинки, руками начал дотрагиваться до Буратино.
– Одно из двух, – прошелестел он, – или пациент жив, или он умер. Если он жив – он останется жив или он не останется жив. Если он мёртв – его можно оживить или нельзя оживить.
– Шшшарлатанство, – сказала Сова, взмахнула мягкими крыльями и улетела на тёмный чердак.
У Жабы от злости вздулись все бородавки.
– Какакокое отвррратительное невежество! – квакнула она и, шлёпая животом, запрыгала в сырой подвал.
Лекарь Богомол на всякий случай притворился высохшим сучком и вывалился за окошко. Девочка всплеснула хорошенькими руками:
– Ну как же мне его лечить, граждане?
– Касторкой, – квакнула Жаба из подполья.
– Касторкой! – презрительно захохотала Сова на чердаке.
– Или касторкой, или не касторкой, – проскрипел за окном Богомол.
Тогда ободранный, в синяках, несчастный Буратино простонал:
– Не нужно касторки, я очень хорошо себя чувствую!
Девочка с голубыми волосами заботливо наклонилась над ним:
– Буратино, умоляю тебя – зажмурься, зажми нос и выпей.
 
– Не хочу, не хочу, не хочу!..
– Я тебе дам кусочек сахару…
Тотчас же по одеялу на кровать взобралась белая мышь, она держала кусочек сахару.
– Ты его получишь, если будешь меня слушаться, – сказала девочка.
– Один сааааахар дайте…
– Да пойми же – если не выпьешь лекарства, ты можешь умереть…
– Лучше умру, чем буду пить касторку…
Тогда девочка сказала строго, взрослым голосом:
– Зажми нос и гляди в потолок… Раз, два, три.
Она влила касторку в рот Буратино, сейчас же сунула ему кусочек сахару и поцеловала.
– Вот и всё…
Благородный Артемон, любивший всё благополучное, схватил зубами свой хвост, вертелся под окном, как вихрь из тысячи лап, тысячи ушей, тысячи блестящих глаз.

Девочка с голубыми волосами хочет воспитывать Буратино

Наутро Буратино проснулся весёлый и здоровый как ни в чём не бывало.
Девочка с голубыми волосами ждала его в саду, сидя за маленьким столом, накрытым кукольной посудой.
Её лицо было свежевымыто, на вздёрнутом носике и щеках – цветочная пыльца.
Ожидая Буратино, она с досадой отмахивалась от надоевших бабочек:
– Да ну вас, в самом деле…
Оглядела деревянного мальчишку с головы до ног, поморщилась. Велела ему сесть за стол и налила в крошечную чашечку какао.
Буратино сел за стол, подвернул под себя ногу. Миндальные пирожные он запихивал в рот целиком и глотал не жуя.
В вазу с вареньем залез прямо пальцами и с удовольствием их обсасывал.
Когда девочка отвернулась, чтобы бросить несколько крошек пожилой жужелице, он схватил кофейник и выпил всё какао из носика.
Поперхнулся, пролил какао на скатерть.
Тогда девочка сказала ему строго:
– Вытащите из под себя ногу и опустите её под стол. Не ешьте руками, для этого есть ложки и вилки. – От возмущения она хлопала ресницами. – Кто вас воспитывает, скажите, пожалуйста?
– Когда папа Карло воспитывает, а когда никто.
– Теперь я займусь вашим воспитанием, будьте покойны.
«Вот так влип!» – подумал Буратино.
На траве вокруг дома носился за маленькими птичками пудель Артемон. Когда они садились на деревья, он задирал голову, подпрыгивал и лаял с подвыванием.
«Здорово птиц гоняет», – с завистью подумал Буратино.
От приличного сидения за столом у него по всему телу ползли мурашки.
Наконец мучительный завтрак окончился. Девочка велела ему вытереть с носа какао. Оправила складочки и бантики на платье, взяла Буратино за руку и повела в дом – заниматься воспитанием.
А весёлый пудель Артемон носился по траве и лаял; птицы, нисколько не боясь его, весело свистели; ветерок весело летал над деревьями.
– Снимите ваши лохмотья, вам дадут приличную куртку и штанишки, – сказала девочка.
Четверо портных – мастер одиночка угрюмый рак Шепталло, серый Дятел с хохолком, большой жук Рогач и мышь Лизетта – шили из старых девочкиных платьев красивый мальчишеский костюм. Шепталло кроил, Дятел клювом протыкал дырки и шил, Рогач задними ногами сучил нитки, Лизетта их перегрызала.
Буратино было стыдно надевать девчонкины обноски, но пришлось всё таки переодеться.
Сопя носом, он спрятал в карман новой куртки четыре золотые монеты.
– Теперь сядьте, положите руки перед собой. Не горбитесь, – сказала девочка и взяла кусочек мела. – Мы займёмся арифметикой… У вас в кармане два яблока…
Буратино хитро подмигнул:
– Врёте, ни одного…
– Я говорю, – терпеливо повторила девочка, – предположим, что у вас в кармане два яблока. Некто взял у вас одно яблоко. Сколько у вас осталось яблок?
– Два.
– Подумайте хорошенько.
Буратино сморщился – так здорово подумал.
– Два…
– Почему?
– Я же не отдам Некту яблоко, хоть он дерись!
– У вас нет никаких способностей к математике, – с огорчением сказала девочка. – Займёмся диктантом. – Она подняла к потолку хорошенькие глаза. – Пишите: «А роза упала на лапу Азора». Написали? Теперь прочтите эту волшебную фразу наоборот.
Нам уже известно, что Буратино никогда даже не видел пера и чернильницы.
Девочка сказала: «Пишите», – и он сейчас же сунул в чернильницу свой нос и страшно испугался, когда с носа на бумагу упала чернильная клякса.
Девочка всплеснула руками, у неё даже брызнули слёзы.
– Вы гадкий шалун, вы должны быть наказаны!
Она высунулась в окошко.
– Артемон, отведи Буратино в тёмный чулан!
Благородный Артемон появился в дверях, показывая белые зубы. Схватил Буратино за курточку и, пятясь, потащил в чулан, где по углам в паутине висели большие пауки. Запер его там, порычал, чтобы хорошенько напугать, и опять умчался за птичками.
Девочка, бросившись на кукольную кружевную кровать, зарыдала оттого, что ей пришлось поступить так жестоко с деревянным мальчиком. Но если уж взялась за воспитание, дело нужно довести до конца.
Буратино ворчал в тёмном чулане:
– Вот дура девчонка… Нашлась воспитательница, подумаешь… У самой фарфоровая голова, туловище, ватой набитое…
В чулане послышался тоненький скрип, будто кто то скрежетал мелкими зубами:
– Слушай, слушай…
Он поднял испачканный в чернилах нос и в темноте различил висящую под потолком вниз головой летучую мышь.
– Тебе чего?
– Дождись ночи, Буратино.
– Тише, тише, – шуршали пауки по углам, – не качайте наших сетей, не отпугивайте наших мушек…
Буратино сел на сломанный горшок, подпёр щёку. Он был в переделках и похуже этой, но возмущала несправедливость.
– Разве так воспитывают детей?.. Это мученье, а не воспитание… Так не сиди да так не ешь… Ребёнок, может, ещё букваря не освоил – она сразу за чернильницу хватается… А кобель небось гоняет за птицами – ему ничего…
Летучая мышь опять пискнула:
– Дождись ночи, Буратино, я тебя поведу в Страну Дураков, там ждут тебя друзья – кот и лиса, счастье и веселье. Жди ночи.

Буратино попадает в Страну Дураков

Девочка с голубыми волосами подошла к двери чулана.
– Буратино, мой друг, вы раскаиваетесь наконец?
Он был очень сердит, к тому же у него совсем другое было на уме.
– Очень нужно мне раскаиваться! Не дождётесь…
– Тогда вам придётся просидеть в чулане до утра…
Девочка горько вздохнула и ушла.
Настала ночь. Сова захохотала на чердаке. Жаба выползла из подполья, чтобы шлёпать животом по отражениям луны в лужах.
Девочка легла спать в кружевную кроватку и долго огорчённо всхлипывала засыпая.
Артемон, уткнув нос под хвост, спал у дверей её спальни.
В домике часы с маятником пробили полночь.
Летучая мышь сорвалась с потолка.
– Пора, Буратино, беги! – пискнула она над ухом. – В углу чулана есть крысиный ход в подполье… Жду тебя на лужайке.
Она вылетела в слуховое окно. Буратино кинулся в угол чулана, путаясь в паутинных сетях. Вслед ему злобно шипели пауки.
Он пополз крысиным ходом в подполье. Ход был всё уже и уже. Буратино теперь едва протискивался под землёй… И вдруг вниз головой полетел в подполье.
Там он едва не попал в крысоловку, наступил на хвост ужу, только что напившемуся молока из кувшина в столовой, и через кошачий лаз выскочил на лужайку.
Над лазоревыми цветами бесшумно летала мышь.
– За мной, Буратино, в Страну Дураков!
У летучих мышей нет хвоста, поэтому мышь летает не прямо, как птицы, а вверх и вниз – на перепончатых крыльях, вверх и вниз, похожая на чёртика; рот у неё всегда открыт, чтобы, не теряя времени, по пути ловить, кусать, глотать живьём комаров и ночных бабочек.
Буратино бежал за ней по траве; мокрые кашки хлестали его по щекам.
Вдруг мышь высоко метнулась к круглой луне и оттуда крикнула кому то:
– Привела!
Буратино сейчас же кубарем полетел вниз с крутого обрыва. Катился, катился и шлёпнулся в лопухи.
Исцарапанный, полон рот песку, с вытаращенными глазами сел.
– Ух ты!..
Перед ним стояли кот Базилио и лиса Алиса.
– Храбренький, отважненький Буратино, должно быть, свалился с луны, – сказала лиса.
– Странно, как он жив остался, – мрачно сказал кот.
Буратино обрадовался старым знакомым, хотя ему показалось подозрительным, что у кота перевязана тряпкой правая лапа, а у лисы весь хвост испачкан в болотной тине.
– Нет худа без добра, – сказала лиса, – зато ты попал в Страну Дураков…
И она лапой указала на сломанный мост через высохший ручей. По ту сторону ручья среди куч мусора виднелись полуразвалившиеся домишки, чахлые деревья с обломанными ветвями и колокольни, покосившиеся в разные стороны…
– В этом городе продаются знаменитые куртки на заячьем меху для папы Карло, – облизываясь, пела лиса, – азбуки с раскрашенными картинками… Ах какие продаются сладкие пирожки и леденцовые петушки на палочках! Ты ведь не потерял ещё свои денежки, чудненький Буратино?
Лиса Алиса помогла ему встать на ноги; помуслив лапу, почистила ему курточку и повела через сломанный мост.
Кот Базилио угрюмо ковылял сзади.
Была уже середина ночи, но в Городе Дураков никто не спал.
По кривой, грязной улице бродили тощие собаки в репьях, зевали от голода:
– Э хе хе…
Козы с драной шерстью на боках щипали пыльную траву у тротуара, трясли огрызками хвостов.
– Б э э э э да…
Повесив голову, стояла корова; у неё кости торчали сквозь кожу.
– Мууучение… – повторяла она задумчиво.
На кочках грязи сидели общипанные воробьи, – они не улетали – хоть дави их ногами…
Шатались от истощения куры с выдранными хвостами…
Зато на перекрёстках стояли навытяжку свирепые бульдоги полицейские в треугольных шляпах и в колючих ошейниках.
Они кричали на голодных и шелудивых жителей:
– Пррроходи! Держи пррраво! Не задерррживайся!..
Лиса тащила Буратино дальше по улице. Они увидели гуляющих под луной по тротуару сытых котов в золотых очках под руку с кошками в чепчиках.
Гулял толстый Лис – губернатор этого города, важно подняв нос, и с ним – спесивая лисица, державшая в лапе цветок ночной фиалки.
Лиса Алиса шепнула:
– Это гуляют те, кто посеял деньги на Поле Чудес… Сегодня последняя ночь, когда можно сеять. К утру соберёшь кучу денег и накупишь всякой всячины… Идём скорее…
Лиса и кот привели Буратино на пустырь, где валялись битые горшки, рваные башмаки, дырявые калоши и тряпки… Перебивая друг друга, затараторили:
– Рой ямку.
– Клади золотые.
– Посыпь солью.
– Зачерпни из лужи, полей хорошенько.
– Да не забудь сказать «крекс, фекс, пекс»…
Буратино почесал нос, испачканный в чернилах.
 
– А вы уйдите всё таки подальше…
– Боже мой, да мы и смотреть не хотим, где ты зароешь деньги! – сказала лиса.
– Боже сохрани! – сказал кот.
Они отошли немного и спрятались за кучей мусора.
Буратино выкопал ямку. Сказал три раза шёпотом: «Крекс, фекс, пекс», положил в ямку четыре золотые монеты, засыпал, из кармана вынул щепотку соли, посыпал сверху. Набрал из лужи пригоршню воды, полил.
И сел ждать, когда вырастет дерево…

Полицейские хватают Буратино и не дают ему сказать ни одного слова в своё оправдание

Лиса Алиса думала, что Буратино уйдёт спать, а он всё сидел на мусорной куче, терпеливо вытянув нос.
Тогда Алиса велела коту остаться караулить, а сама побежала в ближайшее полицейское отделение.
Там в накуренной комнате за столом, закапанным чернилами, густо храпел дежурный бульдог.
Лиса самым благонамеренным голоском сказала ему:
– Господин мужественный дежурный, нельзя ли задержать одного беспризорного воришку? Ужасная опасность грозит всем богатеньким и почтенненьким гражданам этого города.
Спросонок дежурный бульдог так рявкнул, что под лисой со страха оказалась лужа.
– Воррришка! Гам!
Лиса объяснила, что опасный воришка – Буратино – обнаружен на пустыре.
Дежурный, всё ещё рыча, позвонил. Ворвались два доберман пинчера, сыщики, которые никогда не спали, никому не верили и даже самих себя подозревали в преступных намерениях.
Дежурный приказал им доставить опасного преступника живым или мёртвым в отделение.
Сыщики ответили коротко:
– Тяф!
И помчались на пустырь особым хитрым галопом, занося задние ноги вбок.
Последние сто шагов они ползли на животах и враз кинулись на Буратино, схватили его под мышки и потащили в отделение.
Буратино болтал ногами, умолял сказать – за что? За что? Сыщики отвечали:
– Там разберут…
Лиса и кот, не теряя времени, выкопали четыре золотые монеты. Лиса так ловко начала делить деньги, что у кота оказалась одна монета, у неё – три.
Кот молча вцепился когтями ей в морду.
Лиса плотно обхватила его лапами. И они оба некоторое время катались клубком по пустырю. Кошачья и лисья шерсть летела клочками в лунном свете.
Ободрав друг другу бока, они разделили монеты поровну и в ту же ночь скрылись из города.
Тем временем сыщики привели Буратино в отделение.
Дежурный бульдог вылез из за стола и обыскал его карманы.
Не обнаружив ничего, кроме кусочка сахара и крошек миндального пирожного, дежурный кровожадно засопел на Буратино:
– Ты совершил три преступления, негодяй: ты беспризорный, беспаспортный и безработный. Отвести его за город и утопить в пруду!
Сыщики ответили:
– Тяф!
Буратино пытался рассказать про папу Карло, про свои приключения… Всё напрасно! Сыщики подхватили его, галопом оттащили за город и с моста бросили в глубокий грязный пруд, полный лягушек, пиявок и личинок водяного жука.
Буратино шлёпнулся в воду, и зелёная ряска сомкнулась над ним.

 
К разделу добавить отзыв
Все права защищены, при использовании материалов сайта необходима активная ссылка на источник