Добавить в избранное

Форум площадки >>>

Рекомендуем:

Анонсы
  • Евсеев Игорь. Рождение ангела >>>
  • Олди Генри Лайон. Я б в Стругацкие пошел – пусть меня научат… >>>
  • Ужасное происшествие. Алексей Ерошин >>>
  • Дрессированный бутерброд. Елена Филиппова >>>
  • Было небо голубое. Галина Дядина >>>


Новости
Новые поступления в библиотеку >>>
О конкурсе фантастического рассказа. >>>
Новые фантастические рассказы >>>
читать все новости


Стихи для детей


Случайный выбор
  • Саймак, Клиффорд. Операция...  >>>
  • О.Генри. Последний лист  >>>
  • Зонтопад. Наталья Капустюк  >>>

 
Рекомендуем:

Анонсы
  • Гургуц Никита. Нога >>>
  • Гургуц Никита. Нога >>>





Новости
Новые поступления в раздел "Фантастика" >>>
Новые поступления в библиотеку >>>
С днём рождения, София Кульбицкая! >>>
читать все новости


Часть 5. Свистать всех наверх. Главы 6 - 8

Автор оригинала:
Ю. Воищев, А. Иванов

Часть 5. Свистать всех наверх. Главы 1 - 5

Глава 6.

Дикий олень, пятипудовый сом и бобер Ерошка

 

– Вот теперь я вижу, что это заповедник, – сказал Олег Спасибо, когда отряд вышел на поляну, усыпанную красными точками земляники.
Визг, крик! – все бросились собирать ягоды.
Спасибо срывал только самые крупные. Набирал полную‑преполную горсть и отправлял прямо в рот.
Внезапно за спиной у него послышались чьи‑то шаги, хрустнула ветка.
Весь гомон почему‑то сразу утих.
– Петьк, это ты? – оказал Спасибо, не оборачиваясь. – Ползи сюда, здесь земляники тьма‑тьмущая.
Кто‑то подошел ближе и вдруг полез Олегу в оттопыренный карман, пытаясь вытащить сдобную булочку, припрятанную за обедом.
– Куда? – запоздало схватился Олег за карман и обернулся.
Перед ним стоял… олень. Гордо покачивая большой красивой головой, он уплетал булку за обе щеки и ласково смотрел на Олега, словно хотел сказать: очень вкусно, очень‑преочень, жаль только, что всего одна!
– Вень! – шепотом позвал Олег, боясь сдвинуться с места. Вениамин прижал палец к губам.
Все застыли, уставившись на оленя.
Олень тряхнул головой, отгоняя слепня, и легко затрусил в чащу. Раздвинул кусты, оглянулся и исчез.
– Ученый! – радостно закричал Олег. – Знает, у кого брать!
И тут понеслось:
– Видел, а?…
– А рога какие!…
– Дикий!…
– Вень, а Вень, а он дикий?…
– А почему он такой маленький?…
– Сама маленькая!… Больше лошади!
– Какой краси‑и‑вый…
Спасибо шел и хвастался:
– Я с любыми зверями общий язык нахожу. Они меня любят. Звери, знаешь, как доброту чувствуют! Думаете, это первый ко мне подошел? Когда я у моста сидел, ко мне один, с белым пятном на лбу, пять раз прибегал! Только я вам не говорил. Скажете, хвастаешь…
За деревьями мелькнул большой белый дом.
– Ну вот и пришли, – весело сказал Вениамин.
Ребята наперегонки помчались вперед.
– Музей! – гордо сказал Петька, прочитав табличку.
А рядом, на берегу реки, стояли палатки, играли в волейбол мальчишки и девчонки в красных галстуках. Ярко пылал на листе железа костер, и какие‑то лихие парни ловко прыгали через пламя.
– Купаться! – завопил Ленька, бросая рюкзак на землю и стаскивая рубаху.
– Погоди, – остановил его Вениамин. – Сначала надо палатки поставить. Не на час пришли.
– Палатки так палатки! – весело ответил Ленька и снова надел рубаху.
Палатки установили молниеносно. Нашлось много помощников. Незнакомые мальчишки притащили колышки – раз‑два и готово!
– А вы откуда?
– Из Воронежа.
– И мы!
– А вы?
– Из Мичуринска.
– Ты откуда?
– Из Курска.
– Ого!
– Давно?
– Нет, мы вчера приехали.
– Приехали?… У‑у‑у… А мы пешком!
– Вам хорошо, вам близко!
– Ничего себе! Тридцать километров! Языком, конечно, близко… А ты ножками, ножками!…
– Да ну вас, кончайте…
– А в музее были?
– Были. Там такой сом! На пять пудов тянет!
Сом и впрямь оказался огромным. Он стоял на распорках в огромном аквариуме в одной из комнат музея. Казалось, что он живой. Секунда – он шевельнет своими длинными усами, похожими на обрывки каната, махнет хвостом, и аквариум разлетится вдребезги. Не сом, а сомяга! Его поймали как‑то давным‑давно. Он ворвался в вентирь, вырвал его вместе с кольями и несколько дней плавал с ним по реке, а потом выбросился на песок. Говорят, что он воровал уток, гусей и даже нападал на телят, когда они приходили на водопой.
А теперь он лежит в чистом спирте, а у его носа застыли килограммовые окуни, похожие на мальков по сравнению с его огромной тушей. А он их ловит, ловит и никак не может поймать.
– Такого б на удочку, – сказал Колька.
– Жалко, – вздохнул Олег.
– А знаешь, сколько он бобров перевел! – разозлился старичок смотритель.
– Знаю, знаю, – выкрутился Олег. – Я и говорю, бобров жалко.
Старичок благосклонно посмотрел на него и повел всех дальше.
Чего только не было в музее! Чучела оленей, волков, зайцев, огромных хищных птиц!…
– Нам бы такой музей. В школу, – с завистью протянул Петька.
– Скажет тоже! – скептически заметил Ленька. Но больше всего понравились ребятам бобры.
Рядом с музеем река была до середины огорожена высокими сетками. Здесь в вольерах стояли домики бобров – завалы сучьев, плотины – да такие, какие и не каждый сапер соорудит.
Ребята стояли на вышке и долго смотрели на бобров. А те занимались своим делом, как будто и не замечали назойливых любопытных. Ныряли, грызли толстые бревна, строили.
А под самой вышкой лежал на бревне малыш Ерошка, так звали бобренка, и во все глаза глядел на ребят. А они бросали ему кусочки свеклы, которые принес сторож в большом тазу. Ерошка съедал кусочек за кусочком и все поднимал голову, словно тревожился – осталось ли там что‑нибудь еще, или все кончилось?
– А они ручные? – опросила Маша.
– Да как сказать, – ответил сторож. – После революции на Усманке мало бобровых семейств осталось. Истребляли их хищнически. А когда заповедник сделали, тогда и оставшихся бобров под охрану взяли. Разводить стали. Сейчас уже более пятидесяти тысяч бобров, – с гордостью заявил сторож, – мы по Союзу расселили. И вот сами и думайте, дикие они или ручные? У нас в вольерах всегда несколько семейств живет. Изучаем повадки их, болезни всякие, законы их жизни. Ясно? А выше по течению, знаете сколько бобровых плотин! Правда, – вздохнул сторож, – врагов у бобров много. Хорошо, что местные ребята нам помогают. Корм заготавливают, на волков с нами на облаву ходят. Охраняют.
– Без нас никуда! – гордо сказал Петька.
– Никуда! – согласился сторож.
Ерошка, наконец, наелся и нырнул в реку. Сверху было хорошо видно, как он ловко правит под водой своим широким хвостом, словно веслом.
– До свидания, Ерошка, – прокричали вдогонку ребята. – Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, – ответило эхо.
Это прошелестел лес, укладываясь ко сну.

 

 

 

Глава 7.

Карнавал!

 

Перед вами снова я, Петр Помидоров. Здрасьте, здрасьте, низкий поклон, привет родственникам!
Сегодня у меня необычное амплуа (Ленькино словечко) – я веду репортаж о торжественном закрытии нашего лагеря. Мое выступление транслируется по телевидению, по всем каналам! Если вы сейчас включите телевизор, то, разумеется, ничего не увидите, потому что, как говорит мой папа, что прошло – того уж не вернуть.
Итак, перед вами – общий вид нашего лагеря. На красочном фоне столовой вы видите шумную толпу мальчишек и девчонок, которые с песнями и плясками устремляются на торжественную линейку. У всех – радостные, взволнованные лица и явно приподнятое ужином настроение. Никто и не собирается спать, хотя и наступил вечер.
А это – не фейерверк, а обыкновенные звезды. Так сказать, небесные декорации.
Что это?
Стена веранды.
Что это?
Красочный лист бумаги.
Вы уже догадались – это наша праздничная стенгазета «Рыдай, браконьер!» Читайте ее сами сверху вниз, не маленькие.
 
 
РЫДАЙ, БРАКОНЬЕР!
УРА, КОЛЬКА!
Колька – хороший мальчик.
Не то, что некоторые!
Поймал браконьера!!!
Пионер, пионер, пионер, с Кольки бери пример!
Дорогой Николай, приезжай к нам в гости на каникулы. Встретим хорошо.
Ура, ура, ура! Сто тысяч раз ура!
Мария Пашкова
 
 
 
НАШ ВОЖАТЫЙ
СТИХ
Как мама, ты ласков с нами.
Как папа, ты с нами строг.
Ты говоришь: «Ребятам
всегда я помочь готов!»
И ты помогаешь, как
можешь.
Словами, делами, советом.
Вовек мы тебя не забудем
Ни этим, ни будущим летом!
 
Грунькин
 
 
ЗА ОХРАНУ РЫБНЫХ БОГАТСТВ!
Стоном стонали браконьеры по камышам и затонам, когда «рыбий патруль» повел с ними решительную борьбу.
«Молодцы, ребята», – сказал нашему спецкорреспонденту старший инспектор Рыбнадзора уважаемый тов. Григорий Никанорович Убейбатько.
А вот нарисован и трофей: пять вентерей, не считая корзины.
Зоркий глаз
 
 
ПРОЩАЙ, ЛАГЕРЬ!
До свидания, лагерь!
До свидания, лес, река и густые рощи!
Мы обязательно вернемся сюда будущим летом.
Мы славно отдохнули,
Ну, что еще оказать?
Теперь учиться будем
Мы все всегда на «пять»!
 
Стихи Грунькина
Текст С. Роя
 
Смотрите! Смотрите! Вы видите огромные языки пламени. Не набирайте 01 и не опешите к запасным выходам. Это горит не «Душ», не столовая и, наконец, не наша веранда. Это традиционный прощальный костер. Десятки масок, хороводов вокруг него. И кого здесь только нет!
Вот – Кот в сапогах, хотя он и босиком.
Вот – Красная шапочка в синей тюбетейке.
Вот – Синяя борода с рыжей мочалкой вместо усов.
Не пугайтесь этой зловещей фигуры. Это наш герой Колька, который нарядился браконьером. Он завернулся в гамак, из которого ему теперь и за неделю не распутаться, и привесил к нему табличку: «Рыбья сеть». Колька бегает и страшно громыхает пустой консервной банкой, а его по пятам преследует «зеленый патруль» в кольчугах из бумажных листьев.
А вот – дядя Степа. Всем ясно, что это наш пионервожатый Вениамин. Просто он на ходулях.
А это кто? Кто этот толстяк с пухлым портфелем? Он недоверчиво смотрит на костер, а у ног его стоят два ведра воды. Это не маска. Это наш начальник лагеря.
 
Пора, пора!
Рога трубят!
 
Нет, это не рога трубят, а пионерские горны. Багровые отблески костра падают на яркую медь, и она полыхает. (Ух, здорово сказано!)
А этот «марсианский» костюм наверняка получит первый приз. Видите огромный ящик из‑под консервов «Лосось в томате» на голове «марсианина»? На ящике надпись: «Привет с Юпитера».
Трах‑тах‑тах‑фрррнр! Запустили фейерверк!
…Знаете что, дорогие зрители, я, пожалуй, побежал. Начинается самое интересное.
Не волнуйтесь, не ломайте телевизоры – передача прерывается по техническим причинам. Отзывы о передаче присылайте по адресу: «Москва, Центр, издательство „Советская Россия“, Петру Помидорову».

 

 

Глава 8.

До свидания, мальчики!

 

Петька проснулся рано – еще все спали. Слабый свет наступающего утра уже проник на веранду, но солнце еще не взошло.
Петька потихоньку оделся и вышел. Остановился на ступеньках и посмотрел на просыпающиеся деревья. Они чуть слышно шумели и роняли звонкие капли – ночью шел дождь.
До свидания, лес! До следующего лета!
Петька спрыгнул с крыльца и медленно пошел по спящему лагерю. Мимо столовой, мимо спальных корпусов, мимо гигантских шагов, мимо загончика, где когда‑то содержалась дрессированная пиратская свинья… Пионерская комната, библиотека…
До свидания, лагерь! До следующего лета!
Далеко‑далеко, на самом горизонте вставало солнце. Постепенно, словно нехотя, оно вырастало прямо из земли.
Солнце взошло, и в ту же секунду запел горн. И сразу из зеленых домиков посыпались мальчишки, девчонки – последняя линейка!
– Ребята, – сказал Вениамин, – перед тем как вы уедете отсюда, я хочу сказать вам несколько слов…
Стало совсем тихо. Только деревья по‑прежнему шумели, не смолкая ни на секунду.
– Не забывайте лагерь, – продолжал Вениамин. – Ведь, пожалуй, только здесь вы по‑настоящему узнали друг друга… И подружились…
– А жаль, если Вениамин по распределению не в нашу школу попадет, – оказала Маша Пашкова, когда ребята расходились с линейки.
– А ты что, в него влюбилась? – фыркнул Грунькин.
Маша разозлилась:
– Дурак!
– Намек понял! – обиделся Грунькин.
– Да хватит вам, – рассвирепел Рой. – Тут и без вас…
Рой не договорил, но все поняли, что он хотел оказать. У всех почему‑то было такое чувство, странное чувство – как будто все разъезжаются надолго‑надолго, далеко‑далеко и больше никогда не увидятся. И Вениамина больше не встретят, и Кольку, и гармониста, и Татьяну Евгеньевну, и повариху тетю Нюру…
Петька собрал рюкзак еще вчера. И пока другие суетились, складывая вещи, он снова слонялся по лагерю, словно не находя себе места.
За оградой лагеря уже стоял автобус с красным флажком, и шофер, высунувшись из кабины, лениво сплевывал на землю шелуху семечек.
Петька подошел поближе и внимательно посмотрел на шофера. Нет, это был не тот, который привез их в лагерь. Этот совсем молодой. Мальчишка, десятиклассник!
– А ты взаправду шофер? Или так? – спросил Петька.
Парень засмеялся:
– А ты как думаешь?!
– Права у тебя имеются?
– Имеются…
– Ну, смотри!
– Ишь какой строгий! Ты что – инспектор?
– Общественник, – заулыбался Петька. – Дай посигналю.
Взревел автомобильный сигнал. И тотчас, словно этого и ждали, к машине начали стекаться ребята с рюкзаками и чемоданчиками. Среди них, вертя головой во все стороны, шел Вениамин. Он подходил то к одному, то к другому и был так здорово похож на наседку, считающую цыплят, что шофер невольно улыбнулся:
– А это – кто?
– Наш пионервожатый, – гордо ответил Петька.
– Заботливый, – уважительно произнес шофер.
Все полезли в автобус. Сразу началась суета, шум и гам. Вениамин хотел что‑то строго сказать, но только рукой махнул и засмеялся.
– Вы их, пожалуйста, не растеряйте в дороге, – шутливо попросил он шофера.
– Постараюсь, – в тон ему ответил шофер, а потом серьезно спросил: – И как это вы с ними один оправляетесь?
– И сам не знаю. Ладим…
– Я бы не смог. Их вон сколько. И все языкастые, ершистые. Тронешь – уколешься. Тут призвание надо иметь…
– Наверное, – согласился Вениамин. – Без призвания всюду трудно… И шофером без призвания не станешь, и учителем.
– Точно. Ведь вот мое дело – сиди и крути баранку, покуривай да не езди на красный свет. А не тут‑то было! Тут еще любовь нужна. Каждое дело любви требует – что твое учительское, что мое шоферское, что его, к примеру, плотницкое, – и шофер указал на Петьку.
– Какой же я плотник?! – удивился тот.
– Это верно. Тебе еще до плотника учиться и учиться!
Петька задумался.
– Эй, разбойники, – прикрикнул шофер на расшумевшихся ребят, – потише! Автобус перевернете!
На мгновение наступила тишина, а потом снова все засуетились, стали пересаживаться с места на место:
– Куда лезешь?
– А я давно это место занял!…
– Девочки, как приедем, сразу в школу зайдем. Ага?
– Не толкайся! Вень, скажите ему!
– Я ничего… Я сижу…
Наконец все уселись. И как всегда бывает в минуту отъезда, всем стало страшно грустно. Вот сейчас автобус тронется, и лагерь, где ты прожил почти месяц, останется позади, мелькнет за поворотом и исчезнет…
– Вень! – Петька резко высунулся в окно. – А ты чего не садишься?
– У меня еще тут дела есть, я вечером поеду. – Вениамин засуетился, влез в автобус, постоял немного, потом быстро сказал: – До свидания, мальчики! – и выскочил из машины.
– Ну что, трогать? – опросил шофер.
– Давай, давай, – поспешно сказал Вениамин.
Автобус фыркнул и медленно поехал вдоль забора. Мальчишки и девчонки, высунувшись из окон, махали руками, платками, панамами.
А Вениамин стоял и смотрел вслед. Внезапно к нему подлетел Колька – эх, опоздал! – и отчаянно замахал вслед ребятам своей дырявой соломенной шляпой.
Автобус выбрался на шоссе, шофер дал газу – и все осталось позади: лагерь, Вениамин… А потом пошли плясать деревья вдоль дороги, и все исчезло. Деревья прыгали, кружились, сливались в один бесконечный зеленый хоровод. А вдалеке виднелся кончик мачты, с которой был сегодня спущен пионерский флаг.
– Можно потише? – неожиданно попросил Гринберг. Шофер страшно удивился:
– Вот это да! Первый раз вижу мальчишек, которые не любят быстрой езды! Может, плохо кому?
– Да нет, – сказал Петька. – Просто так… Давайте помедленней…
Шофер тоже оглянулся, увидел мачту над деревьями и все понял. Автобус медленно катил по дороге, и все смотрели, как постепенно скрывается за верхушками деревьев тоненький кончик мачты. И словно надеялись, что это всего‑навсего лишь прогулка, и сейчас автобус‑повернет назад, и они снова вернутся в лагерь… Хотя бы еще на день!
Но автобус не поворачивал. И вот уже дорога выбежала из леса, пошли поля, замелькали телеграфные столбы. Кто‑то из девчонок запел: «Ах, картошка‑тошка‑тошка…»
Но никто не поддержал, и девчонка замолчала.
И все молчали.
Только мотор монотонно шумел, да тормоза скрипели на поворотах.
И все вдруг заговорили о лагере, о лесе, о реке, о походе. И всем вдруг показалось, что все это было страшно давно – не вчера, не сегодня, а, по меньшей мере, год назад.
– Город, – сказал шофер.
Впереди на холмах были видны высокие здания, мост через реку, телевизионная вышка.
И не успели ребята оглядеться, как уже мимо замелькали знакомые улицы, дома, парки.
На вокзальной площади автобус остановился.
– Станция «Вылезай», – пошутил шофер. – Приехали…
Петька первым выпрыгнул из автобуса. За ним стали вылезать остальные.
Из вокзала выходили люди – только что подошел дачный поезд. Петька словно еще не мог свыкнуться с мыслью, что вот он снова в городе. И эти люди, приехавшие на дачном поезде, проезжали мимо той станции, где находится его лагерь, а может, кто из них именно на этой станции и сел на поезд…
– Растяпы мы! – оказал Петька. – Даже с Вениамином толком не попрощались…
– Он, наверное, теперь обидится, – тихо ответил Гринберг.
– Может, вернемся? – неуверенно опросил Петька.
– На своих двоих? – усмехнулся Грунькин.
– На поезде! Сядем и поедем…
– А билет? У тебя деньги есть?
– Так довезут! Попросим… Скажем – важное дело! Неужели не довезут?
– Гляньте на него! – фыркнул Грунькин. – Так каждый будет бесплатно ездить! Скажет – у меня важное дело, а ему в ответ: садитесь, пожалуйста, мы вас подвезем!
– Эх, ты, – оказала Маша Пашкова.
Ребята стояли у автобуса, никто не уходил. Шофер посмотрел на них и хмыкнул.
– Чего загрустили? На следующее лето снова в лагерь поедете!
Ребята ничего не ответили.
Автобус укатил. Пассажиры с поезда почти все разошлись. И только группа с рюкзаками и чемоданами все еще стояла напротив вокзала.
И тут Маша Пашкова замахала руками и крикнула:
– Ой, ребята, Вениамин!
И правда, у вокзала стоял Вениамин и смотрел на них.
Все бросились к нему. Вениамин растерянно улыбался и говорил:
– Понимаете, забыл вернуть Петькину книжку… Пришлось вас догонять…
Он протянул Петьке «Остров сокровищ».
– До свидания, ребята, – смущенно сказал Вениамин. – Я спешу… Сейчас – обратный поезд…
Все попрощались с ним за руку.
Петька держал в руках «Остров сокровищ». Старая пиратская книга снова вернулась к хозяину.
Вениамин проводил ребят до трамвайной остановки.
Петька стоял на площадке, смотрел на Вениамина и машинально листал книгу. Трамвай дернул. Петьку словно что‑то толкнуло. Он спрыгнул, подбежал к Вениамину и сунул ему книгу.
– Что ты?… Зачем?…
– Это тебе на память… От всех нас… От пиратов…
Петька догнал трамвай, вскочил на подножку и оглянулся. Вениамин размахивал книгой и что‑то кричал. И все мальчишки и девчонки тоже махали ему и что‑то кричали.
Потом трамвай повернул за угол, и Вениамина не стало видно.

Заключение. Как самый главный герой повести пришел к авторам

 
К разделу добавить отзыв
Все права защищены, при использовании материалов сайта необходима активная ссылка на источник