Добавить в избранное

Форум площадки >>>

Рекомендуем:

Анонсы
  • Евсеев Игорь. Рождение ангела >>>
  • Олди Генри Лайон. Я б в Стругацкие пошел – пусть меня научат… >>>
  • Ужасное происшествие. Алексей Ерошин >>>
  • Дрессированный бутерброд. Елена Филиппова >>>
  • Было небо голубое. Галина Дядина >>>


Новости
Новые поступления в библиотеку >>>
О конкурсе фантастического рассказа. >>>
Новые фантастические рассказы >>>
читать все новости


Стихи для детей


Случайный выбор
  • Женитьба бога реки Хуанхэ  >>>
  • Хайнлайн, Роберт. Линия жизни  >>>
  • Про акулу. Ирина Гурина  >>>

 
Рекомендуем:

Анонсы
  • Гургуц Никита. Нога >>>
  • Гургуц Никита. Нога >>>





Новости
Новые поступления в раздел "Фантастика" >>>
Новые поступления в библиотеку >>>
С днём рождения, София Кульбицкая! >>>
читать все новости


Путешествие Алисы. Ч.3

Автор оригинала:
Кир Булычёв

Путешествие Алисы. Ч.2

Глава 5.
СОВЕТЫ ДОКТОРА ВЕРХОВЦЕВА

Мы послали с дороги радиограмму доктору Верховцеву: «Прилетаем в пятницу. Встречайте». Верховцев сразу же ответил, что с радостью встретит нас и проведёт на своём космокатере через опасный пояс астероидов, который окружает планету Трех Капитанов.
В назначенный час мы затормозили у пояса астероидов. Густой рой каменных глыб, словно облака, скрывал от нас поверхность планеты. Почему то нас всех охватило волнение. Нам казалось, что встреча с доктором Верховцевым приведёт к важным и интересным событиям. Может быть, даже и к приключениям.
Космокатер доктора мелькнул среди астероидов, словно серебряная стрела. И вот он несётся перед нами.
— «Пегас», вы меня слышите? — раздался в динамике глуховатый голос. — Следуйте за мной.
— Какой он, интересно? Ему, наверно, скучно одному на планете, — сказала Алиса, сидевшая с нами на мостике в маленьком, специально для неё сделанном амортизационном кресле.
Никто ей не ответил. Полосков управлял кораблём, я исполнял обязанности штурмана, а Зелёного на мостике не было — он остался в машинном отделении.
«Пегас» изменил курс, обошёл клыкастый астероид и тут же послушно скользнул вниз.
Под нами расстилалась пустыня, кое где изрезанная ущельями и отмеченная оспинами кратеров. Серебряная стрелка катера летела впереди, указывая путь.
Мы заметно снизились. Можно было уже различить скалы и высохшие реки. Потом впереди показалось темно зелёное пятно оазиса. Над ним поднимался купол базы. Катер доктора вошёл в вираж и опустился на ровную площадку. Мы последовали его примеру.
Когда «Пегас», чуть покачиваясь, встал на амортизаторы и Полосков сказал «добро», я увидел между зеленью оазиса и нашим кораблём три каменные статуи.
На высоком постаменте стояли три каменных капитана. Даже издали было видно, что два из них — люди. Третий — трехногий тонкий фиксианец.
— Прилетели, — сказала Алиса. — Можно выйти?
— Погоди, — ответил я. — Мы не знаем состава атмосферы и температуры. Какой ты скафандр собираешься надевать?
— Никакого, — ответила Алиса.
Она показала на иллюминатор. Из серебряного космокатера вышел человек в сером обычном костюме и серой помятой шляпе. Он поднял руку, приглашая нас.
Полосков включил внешний динамик и спросил:
— Атмосфера пригодна для дыхания?
Человек в шляпе быстро закивал — идите, не бойтесь!
Он встретил нас у трапа.
 
— Добро пожаловать на базу, — сказал он и поклонился. — Так редко вижу здесь гостей!
Он говорил немного старомодно, под стать своему костюму.
На вид ему было лет шестьдесят. Это был невысокий, худенький и похожий на добрую старушку человек. Его лицо было исчерчено тонкими морщинками. Доктор всё время жмурился или улыбался, и, если иногда его лицо разглаживалось, морщинки становились белыми и широкими. У доктора Верховцева были длинные, тонкие пальцы. Он пожал нам руки и пригласил к себе.
Мы пошли вслед за доктором к зелёным деревьям оазиса.
— Почему здесь кислородная атмосфера? — спросил я. — Ведь планета — сплошная пустыня.
— Атмосфера искусственная, — сказал доктор. — Её сделали, когда сооружали монументы. Через несколько лет здесь построят большой музей, посвящённый героям космоса. Сюда будут привозить отслужившие срок космические корабли и всякие диковины с дальних планет.
Доктор остановился перед каменной глыбой. На ней были выбиты слова на космоязыке:

«ЗДЕСЬ БУДЕТ ПОСТРОЕН ГЛАВНЫЙ МУЗЕЙ КОСМОСА»

— Вот видите, — сказал Верховцев. — Музей будут строить вместе восемьдесят разных планет. А пока, для начала, в центре планеты установлен мощный реактор, который выделяет кислород из горных пород. Сейчас здесь ещё не очень хороший воздух, но к открытию музея воздух станет самым лучшим во всей Галактике.
Между тем мы подошли к подножию монумента.
Монумент был очень велик, с двадцатиэтажный дом. Мы остановились и, запрокинув головы, рассматривали трех капитанов.
Первый капитан оказался молодым, широкоплечим, стройным. У него был чуть курносый нос и широкие скулы. Капитан улыбался. На плече у него сидела странная птица с двумя клювами и красивой короной из каменных перьев.
Второй капитан был выше его ростом. У него была очень широкая грудь и тонкие ноги, как у всех людей, которые родились и выросли на Марсе. Лицо Второго было острое и сухое.
Третий капитан, фиксианец в тугом скафандре со шлемом, откинутым на спину, опирался ладонью о ветку каменного куста.
— Они совсем не старые, — сказала Алиса.
— Ты права, девочка, — ответил доктор Верховцев. — Они прославились, когда были молодыми.
Мы вступили в тень деревьев и по широкой аллее дошли до базы. База оказалась обширнейшим помещением, заваленным ящиками, контейнерами и приборами.
— Экспонаты начали в музей присылать, — словно извиняясь, сказал доктор. — Идите за мной, в мою берлогу.
— Ну прямо как «Пегас» в начале нашего путешествия! — восхитилась Алиса.
И в самом деле, путешествие по базе к жилью доктора Верховцева было похоже на хождение по нашему кораблю, когда он был перегружен посылками, грузами и всяческим оборудованием.
Небольшой закуток между контейнерами, заваленный книгами и микрофильмами, в котором еле умещалась койка, тоже заваленная бумагами и плёнками, оказался спальней и рабочим кабинетом хранителя музея доктора Верховцева.
— Рассаживайтесь, чувствуйте себя как дома, — сказал доктор.
Всем нам, кроме хозяина, было совершенно ясно, что рассаживаться здесь негде. Верховцев смахнул груду бумаг на пол. Листки взлетели кверху, и Алиса принялась их собирать.
— Роман пишете? — спросил Полосков.
— Почему роман? Ах да, конечно, жизнь трех капитанов интереснее любого романа. Она достойна того, чтобы её описать как пример для будущих поколений. Но я лишён литературного дара.
Я подумал, что доктор Верховцев скромничает. Ведь сам прилетал к разведчикам, чтобы найти чертежи корабля одного из капитанов.
— Итак, — сказал доктор, — чем могу быть полезен моим дорогим гостям?
— Нам сказали, — начал я, — что вы все знаете о трех капитанах.
— Ну уж, — Верховцев даже покраснел от смущения, — это явное преувеличение!
Он положил шляпу на груду книг; шляпа старалась съехать вниз, и доктор ловил её и снова клал на старое место.
— Капитанам, — сказал я, — удалось побывать на многих неизвестных планетах. Они встречали чудесных зверей и птиц. От них, говорят, остались записи, дневники. А мы как раз ищем на других планетах неизвестных животных. Не поможете ли вы нам?
— Ага, вот в чём дело… — Верховцев задумался. Его шляпа воспользовалась этим моментом, соскользнула вниз и исчезла под койкой. — Ах,
— сказал он, — если бы я знал заранее…
— Папа, можно, я подскажу доктору? — спросила Алиса.
— Да, девочка, — обернулся к ней доктор.
— У одного каменного капитана на плече сидит птица с двумя клювами и с короной на голове. Такой птицы нет в зоопарке. Может, вы знаете что нибудь о ней?
— Нет, — сказал Верховцев. — Почти ничего не знаю. А где моя шляпа?
— Под койкой, — сказала Алиса. — Сейчас я достану.
— Не беспокойтесь, — сказал Верховцев и нырнул под койку. Оттуда торчали только его ноги. Он искал там, в темноте, шляпу, шуршал бумагами и продолжал говорить. — Скульпторам дали последние фотографии капитанов. Они выбирали те фотографии, которые им больше нравились.
— Может, они придумали эту птицу? — спросил я, наклоняясь к койке.
— Нет нет! — воскликнул Верховцев, и его ботинки задёргались. — Я сам видел эти фотографии.
— Но хоть известно, где они сняты?
— Первый капитан никогда не расставался с птицей, — ответил Верховцев,
— но, когда улетел на Венеру, подарил птицу Второму капитану. А Второй капитан, как вам известно, пропал без вести. Пропала и птица.
— Значит, даже неизвестно, где она водится?
Верховцев наконец вылез из под кровати. Шляпу он смял в кулаке, и вид у него был смущённый.
— Простите, — сказал он, — я отвлёкся.
— Значит, неизвестно, где водится птица?
— Нет нет, — быстро ответил Верховцев.
— Жалко, — вздохнул я. — Значит, неудача. Ничем вы нам помочь не сможете. А мы так надеялись…
— Почему же не смогу? — обиделся доктор Верховцев. — Я и сам много путешествовал… Дайте только подумать.
Доктор думал минуты три, потом сказал:
— Вспомнил! На планете Эвридика водится Малый дракончик. И ещё, говорят, Большой дракончик.
— Знаю, — сказал я. — Большого дракончика как то застрелил один из капитанов.
— А вы откуда знаете? — спросил Верховцев.
— Знаю. Мне рассказал мой друг археолог Громозека.
— Странно, — произнёс Верховцев и наклонил голову, рассматривая меня, словно видел в первый раз. — Тогда я ещё подумаю.
Он думал ещё минуту и сообщил нам о марсианском богомоле. Это было даже смешно. Марсианские богомолы живут не только во всех зоопарках — их даже дома держат. У Алисы один живёт, например.
Тогда Верховцев рассказал нам о головастах, о мухоколе с Фикса, об адских птицах с планеты Труль и о других зверях, известных по книге «Животные нашей Галактики».
— Нет, эти звери нам не нужны.
— Простите, — сказал Верховцев вежливо, — но я всю жизнь интересовался разумными существами, и животные как то мне не встречались. Можно, я подумаю?
Верховцев снова задумался.
— Где же я бывал? — спросил он сам себя. — Ага, — ответил он, — я бывал на Пустой планете.
— Где?
— На Пустой планете. Это недалеко отсюда, в соседней звёздной системе.
— Но если это Пустая планета, то какие же там звери? — удивилась Алиса.
— Этого никто не знает. Понимаете, были мы там в понедельник, все небо кишело птицами. А во вторник ни одной птицы — только волки рыщут стаями. И олени. А в среду — ни тех, ни других. Планета опустела.
— Но, может, звери просто откочевали куда нибудь?
— Нет, — сказал Верховцев, — не в этом дело. У нас был разведкатер, и мы из любопытства облетели всю планету. Ни зверей, ни птиц. Пустота. И не мы одни этому удивлялись. Я вам координаты дам.
— Спасибо, — сказал я. — Но если вы больше ничего вспомнить не можете, тогда покажите нам дневники капитанов. Они то уж, наверно, видели разных зверей.
— А кто вам сказал про дневники? — спросил доктор и наклонил голову.
— Наш друг археолог Громозека, — ответил я.
— Никогда не слышал. Да и зачем вам дневники? Я вспомнил о склиссах. О склиссах с планеты Шешинеру. Их там тьма тьмущая. Мне рассказывали.
— И за это тоже спасибо, — сказал я. Но мне очень хотелось взглянуть на дневники капитанов, а доктор Верховцев почему то дневников показывать не хотел. Чем то мы вызвали у него недоверие.
— Пожалуйста.
— А дневники? — спросила Алиса.
— Ой, девочка, что вам в этих дневниках? Кстати, их здесь и нет. Они на Фиксе. Хранятся в архиве. Да да, в архиве. — и доктор Верховцев вдруг оживился, словно придумал удачную ложь.
— Ну, как хотите, — сказала Алиса.
Доктор смутился, напялил мятую шляпу на глаза и сказал тихо:
— А ещё вы можете побывать на рынке в Палапутре.
— Мы там обязательно побываем, — сказал я. — Мы о нём знаем.
— Тогда я вас провожу, — сказал доктор.
Он встал и повёл нас между ящиками и контейнерами к выходу с базы. Он шёл быстро, словно боялся, что мы передумаем и не улетим.
Мы вернулись к памятникам. Остановились возле них.
— А что случилось со Вторым капитаном? — спросил я.
— Он погиб, вы же знаете, — ответил Верховцев.
— Нам сказали, что он пропал без вести.
Доктор Верховцев пожал узенькими плечиками.
— А можно найти Первого капитана? — не сдавался я. — Он жив?
— Да, работает где то в космосе.
— На проекте «Венера»? Но ведь там несколько тысяч человек.
— Вы же сами знаете, как его искать. И ничего вы от меня больше не добьётесь.
— Ну что ж, — сказал я тогда, — спасибо за приём. Мы, правда, думали, что встреча будет иной.
— Я тоже так думал, — сказал Верховцев.
— Может, когда напишете роман, пришлёте нам экземпляр?
— Я не пишу романов! Не умею! Кто это придумал?
— Я говорю о том романе, ради которого вы летали месяц назад к разведчикам на Малый Арктур и спрашивали у них об устройстве «Синей чайки».
— Что? — доктор Верховцев взмахнул руками. — Какая «Синяя чайка»? Какие разведчики? Я там полгода уже не был!
— Ну хорошо, хорошо, — сказал я, видя, что доктор совсем растерялся. — Мы не хотели вас обидеть.
— То то, — сказал Верховцев. — Будете мимо лететь, заходите, всегда буду рад вас видеть. Особенно эту очаровательную девчурку.
Он протянул руку, чтобы погладить Алису по голове, но Алиса отошла на шаг в сторону, и рука доктора повисла в воздухе.
— Значит, не забудьте, — сказал он, остановившись у монумента Трех Капитанов. — Склиссы на Шешинеру и загадка Пустой планеты.
— Спасибо, доктор, — ответил я. — Мы не забудем.

Глава 6.
КУСТИКИ

Доктор долго стоял у ног громадных каменных капитанов и размахивал шляпой. Золотые лучи заходящих солнц освещали его, и казалось, что он тоже статуя, только поменьше остальных.
— А а а! — донёсся вдруг до нас далёкий крик.
Мы обернулись.
Доктор бежал к нам, увязая в песке.
— За бы ыл! — кричал он. — Совсем забы ыл!
Доктор подбежал к нам и минуты две пытался отдышаться, всё время начинал одну и ту же фразу, но дыхания не хватало, чтобы её закончить.
— Ку… — говорил он. — У па…
Алиса попыталась помочь ему.
— Курица? — спросила она.
— Не ет… ку устики. Я… забыл про кустики сказать.
— Какие кустики?
— Стоял у этих самых кустиков и забыл про них сказать.
Доктор показал на монумент. Даже отсюда, издали, было видно, что у ног Третьего капитана скульптор изобразил пышный куст, тщательно выпилив из камня его ветви и листья.
— А я думала, что это просто для красоты, — сказала Алиса.
— Нет, это же кустик! Вы никогда не слышали о кустиках?
— Никогда.
— Тогда послушайте. Всего две минуты… Когда Третий капитан был на восьмом спутнике Альдебарана, он заблудился в пустыне. Ни воды, ни пищи — ничего. Но капитан знал, что, если он не дойдёт до базы, корабль погибнет, потому что все члены экипажа лежали поражённые космической лихорадкой, а вакцина была только на базе, на пустой, покинутой базе в горах Сьерра Барракуда. И вот, когда силы покинули капитана и путь был потерян в песках, он услышал отдалённое пение. Сначала капитану показалось, что это галлюцинация. Но он всё таки собрал последние силы и пошёл по направлению к звукам.
Через три часа он дополз до кустиков. Кустики растут в тех местах вокруг небольших водоёмов, и перед песчаной бурей их листья трутся друг о дружку, издавая мелодичные звуки. Кажется, что кустики поют. Вот таким образом кустики в горах Сьерра Барракуда своим пением указали капитану дорогу к воде, дали возможность переждать страшную песчаную бурю и спасли жизнь восьмерым космонавтам, погибавшим от космической лихорадки. В честь этого события скульптор на памятнике Третьему капитану изобразил кустик. Так что, я думаю, вам стоит заглянуть на восьмой спутник Альдебарана и в горах Сьерра Барракуда найти кустики. Кроме того, Третий капитан говорил, что вечером на кустиках раскрываются большие нежные светящиеся цветы.
— Спасибо, доктор, — сказал я. — Мы обязательно постараемся найти эти кустики и привезти их на Землю.
— А они могут в горшках расти? — спросила Алиса.
— Наверно, — ответил доктор. — Но, по правде говоря, я никогда кустиков не видел — они очень редки. И встречаются только у источника в самом центре пустыни, окружающей горы Сьерра Барракуда.
… Система Альдебарана лежала неподалёку, и мы решили отыскать кустики и, если можно, послушать их пение.
Восемнадцать раз наш космокатер облетел всю пустыню, и лишь на девятнадцатом заходе мы увидели в глубокой ложбине зелень. Разведкатер снизился над песчаными барханами, и нашим глазам предстали кусты, окружавшие родник.
Кусты были невысоки, мне по пояс, у них были длинные, серебристые с изнанки листья и довольно короткие, толстые корни, которые легко выходили из песка. Мы осторожно выкопали пять кустов, выбирая те, на которых нашли бутоны, набрали в большой ящик песка и перенесли наши трофеи на «Пегас».
В тот же день «Пегас» стартовал с пустынного спутника и взял курс дальше.
Как только кончился разгон, я начал готовить к съёмкам камеру, потому что надеялся, что на кустах вскоре распустятся светящиеся цветы, а Алиса приготовила бумагу и краски, чтобы эти цветы зарисовать.
И в этот момент мы услышали тихое, благозвучное пение.
— Что такое? — удивился механик Зелёный. — Я не включал магнитофон. Кто включил? Почему мне не дают отдохнуть?
— Это поют наши кусты! — закричала Алиса. — Надвигается песчаная буря?
— Что? — удивился Зелёный. — Откуда в космосе может быть песчаная буря?
— Пошли к кустам, пап, — потребовала Алиса. — Посмотрим.
Алиса побежала в трюм, а я немного задержался, заряжая камеру.
— Я тоже схожу, — сказал механик Зелёный. — Никогда не видел поющих кустов.
Я заподозрил, что на самом деле ему хочется выглянуть в иллюминатор, потому что он опасается, а вдруг и в самом деле надвигается песчаная буря.
Только я кончил заряжать камеру, как услышал крик. Я узнал голос Алисы.
Я бросил камеру в кают компании и побежал скорее вниз, к трюму.
— Папа! — кричала Алиса. — Ты только посмотри!
— Спасите! — шумел механик Зелёный. — Они идут!
Ещё несколько шагов — и я подбежал к двери в трюм. В дверях я столкнулся с Алисой и Зелёным. Вернее, я столкнулся с Зелёным, который нёс на руках Алису. Вид у Зелёного был испуганный и борода развевалась, словно от ветра.
В дверном проёме показались кустики. Зрелище было и на самом деле ужасное. Кустики вылезли из полного песку ящика и, тяжело переступая на коротких уродливых корнях, двигались на нас. Они шли полукругом, покачивая ветвями, бутоны раскрылись, и среди листьев горели, словно зловещие глаза, розовые цветы.
— К оружию! — крикнул Зелёный и протянул мне Алису.
— Захлопните дверь! — сказал я.
Но было поздно. Пока мы толкались, стараясь разминуться, первый из кустов миновал дверь, и нам пришлось отступить в коридор.
Один за другим кустики последовали за своим предводителем.
Зелёный, нажимая по пути все кнопки тревоги, побежал на мостик за оружием, а я схватил стоявшую у стены швабру и попытался прикрыть Алису. Она смотрела на наступление кустиков зачарованно, как кролик на удава.
— Да беги же! — крикнул я Алисе. — Мне их долго не сдержать!
Кустики упругими, сильными ветвями схватились за швабру и вырывали её из моих рук. Я отступал.
— Придержи их, па! — сказала Алиса и убежала.
«Хорошо, — успел подумать я, — что хоть Алиса в безопасности». Моё положение продолжало оставаться опасным. Кустики старались загнать меня в угол, а шваброй я уже не мог действовать.
— Зачем Зелёному огнемёт? — услышал я вдруг в динамике голос капитана Полоскова. — Что случилось?
— На нас напали кустики, — ответил я. — Но огнемёта Зелёному не давай. Я постараюсь запереть их в отсеке. Как только я отступлю за соединительную дверь, я тебе дам знать, и ты тут же закроешь трюмный отсек.
— Тебе не грозит опасность? — спросил Полосков.
— Нет, пока держусь, — ответил я.
И в тот же момент ближайший ко мне куст сильно дёрнул за швабру и вырвал её из рук. Швабра отлетела в дальний конец коридора, и кусты, будто ободрённые тем, что я безоружен, двинулись ко мне сомкнутым строем.
И в этот момент я услышал быстрые шаги сзади.
— Ты куда, Алиса! — крикнул я. — Сейчас же назад! Они сильные, как львы!
Но Алиса проскользнула у меня под рукой и кинулась к кустам.
Что то большое, блестящее было у неё в руке. Я кинулся за ней следом, потерял равновесие и упал. Последнее, что я увидел, была Алиса, окружённая зловещими ветвями оживших кустов.
— Полосков! — крикнул я. — На помощь!
И в ту же секунду пение кустов прервалось. Сменилось тихим журчанием и вздохами.
Я поднялся на ноги и увидел мирную картинку.
Алиса стояла в самой гуще кустиков и поливала их из лейки. Кустики раскачивали ветвями, стараясь не упустить ни капли влаги, и блаженно вздыхали…
Когда мы загнали кусты обратно в трюм, убрали сломанную швабру и вытерли пол, я спросил Алису:
— Но как же ты догадалась?
 
— А ничего особенного, пап. Ведь кустики — растения. Значит, их надо поливать. Как морковку. А мы ведь их выкопали, посадили в ящик, а полить забыли. Когда Зелёный схватил меня и старался спасти, я успела подумать: ведь они у себя дома живут у самой воды. И Третий капитан по их пению отыскал воду. А поют они, когда надвигается песчаная буря, которая сушит воздух и засыпает песком воду. Вот они и волнуются тогда, что воды им не хватит.
— Так чего же ты сразу не сказала?
— А ты бы поверил? Ты с ними воевал, как с тиграми. Ты совсем забыл, что они — самые обыкновенные кустики, которые надо поливать.
— Ну уж самые обыкновенные! — проворчал механик Зелёный. — Гоняются за водой по коридорам!
Тут уж наступила моя очередь как биолога сказать своё последнее слово.
— Так эти кусты борются за существование, — сказал я. — Воды в пустыне мало, родники пересыхают, и, чтобы остаться живыми, кустам приходится бродить по песку и искать воду.
С тех пор кусты мирно жили в ящике с песком. Только один из них, самый маленький и непоседливый, часто вылезал из ящика и подстерегал нас в коридоре, шелестел ветками, напевал, выпрашивал воду. Я просил Алису не перепаивать малыша — и так уж вода сочится из корней, — но Алиса его жалела и до самого конца путешествия таскала ему воду в стакане. И это ещё бы ничего. Но как то она напоила его компотом, и теперь кустик вообще никому прохода не даёт. Топает по коридорам, оставляя за собой мокрые следы, и тупо тычется листьями в ноги людям.
Разума в нём ни на грош. Но компот любит до безумия.

Путешествие Алисы. Ч.4

 
К разделу добавить отзыв
Все права защищены, при использовании материалов сайта необходима активная ссылка на источник