Добавить в избранное

Форум площадки >>>

Рекомендуем:

Анонсы
  • Евсеев Игорь. Рождение ангела >>>
  • Олди Генри Лайон. Я б в Стругацкие пошел – пусть меня научат… >>>
  • Ужасное происшествие. Алексей Ерошин >>>
  • Дрессированный бутерброд. Елена Филиппова >>>
  • Было небо голубое. Галина Дядина >>>


Новости
Новые поступления в библиотеку >>>
О конкурсе фантастического рассказа. >>>
Новые фантастические рассказы >>>
читать все новости


Стихи для детей


Случайный выбор
  • Гейман Нил. Цена  >>>
  • Опять мой текст уродует...  >>>
  • Росинки и Лужа. Татьяна Гетте  >>>

 
Рекомендуем:

Анонсы
  • Гургуц Никита. Нога >>>
  • Гургуц Никита. Нога >>>





Новости
Новые поступления в раздел "Фантастика" >>>
Новые поступления в библиотеку >>>
С днём рождения, София Кульбицкая! >>>
читать все новости


А. Беляев "СОЗДАДИМ СОВЕТСКУЮ НАУЧНУЮ ФАНТАСТИКУ" (вариант 1938 года)

Автор оригинала:
Александр Беляев

Сначала неизбежно идут: мысль, фантазия, сказка; за ними шествует
научный расчет и уже, в конце концов, исполнение венчает мысль.
К. Циолковский

От сказки — к научной фантастике.

*** «А я могу с кораблем, людьми и товарами нырнуть в море, плавать под водою и далее вынырнуть опять, где надо», говорит шестой Семион в народной сказке «Семь Симеонов». И далее в сказке рассказывает, «как увидали семь Семионов, что погоня уже близко, — нырнули с царевной и с кораблем. Долго плыли под водой и поднялись наверх тогда, когда близко стало до родной земли. А царская погоня плавала три дня, три ночи, с тем и возвратилась».
***В другой сказке «Усоньша-богатырша» царь посылает людей за живой и мертвой водой и «моложавыми» или «молодильными» яблоками. И «когда их ему достали, тогда отец выпил воды и сделался здоров, съел яблок и сделался молодой, как и его дети».
***Всем известны сказочные сапоги-скороходы, ковер-самолет, волшебные зеркала, при помощи которых можно видеть на далекое расстояние. Подобные сказки — предшественники научной фантастики. Ковры-самолеты, ныряющие под воды корабли и т. п. не могли не влиять сильнейшим образом на воображение. Миллионы утверждали: сказка остается сказкой. Единицы задавали вопрос: а почему бы и не создать нечто подобное? С ростом же культуры, науки и техники растет научная и техническая оснастка произведений, описывающих чудесные вещи и изобретения. Так в мифе о Дедале и Икаре уже содержится довольно точное описание изобретенных Дедалом крыльев для полета. Сирано де Бержерак, описывающий фантастическое «межпланетное путешествие» и Эдгар По, отправляющий своего героя к небесам, также дают техническое описание, принципы устройства летательных аппаратов. Это уже нечто от научного расчета, о котором упоминает К. Циолковский. И «в конце концов, исполнение венчает мысль»: сказочные мечты о сапогах-скороходах и ковре-самолете превращаются в скорый и сверхскорый земной и воздушный транспорт; зеркала — в телевизоры, живая вода и «моложавые» яблоки — в целую отрасль медицины, которая небезуспешно борется со старостью; ныряющий под воду корабль шестого Семиона превращается сначала в жюльверновский «Наутилус», а затем и в современные подводные корабли; наконец легендарные крылатые Дедалы и Икары — в Лилиенталей и Райтов. Если в живой легенде наших дней в полетах Чкалова, Кокинаки и других славных советских героев, ведущих успешную борьбу с грозными богатырями — врагами «Циклон Циклоновичами», в дрейфе папанинцев превзойдены подвиги сказочных героев и взлет сказочной фантастики, то многое остается еще в области неосуществленной фантазии». Но она будет осуществлена.

***Пробуждать интерес к научным и техническим проблемам

***Какие же требования должны мы предъявлять к советской научной фантастике и какие ее особенности.
***При всем своем своеобразии научная фантастика является частью советской литературы — это участие в социалистическом строительстве.
***Поскольку в научной фантастике трактуются вопросы науки и техники, естественно напрашивается вывод, что наша в первую очередь должна быть одним из средств агитации и пропаганды науки и техники, должна расширять и научные знания, привлекать к научным и техническим проблемам интерес читателей и молодежи в особенности.
***Как же наиболее целесообразно популяризовать науку и технику в научно-фантастических произведениях?
***Существовала тенденция излишнего «утилитаризма». Научная фантастика низводилась на степень «занимательной науки», превращаясь в весьма незанимательные научные трактаты в форме диалогов. Фабульная художественная сторона находилась в пренебрежении. Рассказы писались по такому примерно трафарету. В выходной день трехдневки ленинградский рабочий летит в стратоплане на Памир посмотреть гелеостанции. Час-полтора — и он на месте. Осматривает гелеостанции и задает вопросы. Инженер отвечает. Когда вопросответная лекция окончена, рабочий благодарит инженера и улетает обратно в Ленинград.
***К сожалению, были и редакторы, которые, понимая слишком узко задачи научной фантастики, «засушивали» научно-фантастические произведения. Если автор давал живую сцену, описывал конфликты, происходящие между людьми, — на полях рукописи появлялась редакционная заметка: «К чему это? Лучше бы описать атомный двигатель».
***Крайне ограничен был круг научно-технических тем. Предпочиталось писать о настоящем, «фантастика» сводилась к увеличению масштабов, размеров, скоростей и пр. Узкий техницизм заслонял все другие области науки.. Да и в области технической тематический круг ограничивался перепевами тем, содержащихся в таких популярных брошюрах, как «Технические мечтания» и «Энергетика будущего» Г. Гюнтера, «Техника и человек в 2000 году» Антона Любке и др.
***Немудрено, что при таких условиях машины заслоняли людей, герои бледнели, превращались в схемы, сюжетная занимательность исчезала. Жизнь, практика, опыт отзывы читателей показали, что такое направление было неправильным. Научную фантастику нельзя превращать в скучную научно-популярную книжку, в научно-литературный недоносок. Научно-фантастический роман, рассказ должны быть полноправными художественными произведениями. Они должны ставить своей задачей не максимальную нагрузку произведения научными данными, — это можно проще и лучше сделать посредством книги типа «занимательных наук», — а привлечение максимального внимания и интереса читателей к важным научным и техническим проблемам. Надо добиваться того, чтобы заинтересовавшись ярко изображенной научной проблемой, читатель научно-фантастического произведения сам взялся бы изучать относящуюся к данному вопросу литературу, а быть может и сам занялся научной, технической разработкой этой проблемы. Многие крупные научные деятели утверждали (в том числе и К. Циолковский), что они пришли к научной работе или изучению и разрешению определенной научной проблемы под влиянием чтения романов Жюля Верна. И с этой точки зрения лучшим научно-фантастическим произведением должно быть признано то, которое бросает в мир новую плодотворную идею, которое способствует появлению нового изобретателя, нового ученого.
***Мы считаем в романах Жюля Верна наиболее ценными именно эти большие новаторские технические идеи, крепко связанные с сюжетом. Научные же знания, которые он сообщает попутно, когда они слишком обильны (например, «перечень» подводных животных в романе «20 тысяч лье под водой»), подвергают испытанию читательское терпение. Это не значит, что научная фантастика должна совершенно отказаться от попутного сообщения читателю современных знаний, но следует соблюдать меру, подавать эти знания лишь там, где они логически связаны с судьбой и поступками героев. У того же Жюль Верна имеются блестящие образцы такой подачи научного материала (например, «зажигательное» стекло, которым пользуются герои романа, сделанное из куска льда, определение расстояния между заблудившимися под землею героями по скорости звука и т. п.) Если в этом не знать меры, то читатель вместо обогащения знаниями, начнет нетерпеливо перелистывать страницы, а то и совсем бросит книгу. Во многих рассказах Уэллса научное описание занимает два десятка строк, все остальное — художественное изображение событий. И действенность научной идеи от этого только выигрывает.
***Само собой разумеется, что подаваемые научные сведения должны быть совершенно доброкачественными.

*** Необходимо расширять круг научных тем. Профессор Я. Дорфман еще несколько лет тому назад писал о том, что авторы научно-фантастических произведений запутались в трех соснах: атомной энергии, межпланетных путешествий и лучей смерти. Если этих «сосен» несколько и больше трех, то основная мысль верна: круг тем очень узок. Не так уж трудно, раскрыв брошюры Гюнтера, Любке написать один стандартный роман о новых ветросиловых установках, другой — о солнечных станциях, третий об использовании энергии тепла недр земли. Это неплохо и это даже полезно. Но надо идти дальше. Надо включить в список тем и биологию, и медицину, и генетику, самые разнообразные области науки. Главное же изменить методы работы. Нельзя дальше идти на поводу у Гюнтеров и Любке и использовать в качестве источников научно-фантастических романов только журнальную и брошюрочную научно-популярную литературу. Надо обратиться к истокам самой науки. Завязать живую, деловую связь с учеными. Следить за их научной работой, в особенности над разрешением ими новых проблем. Советская наука и техника — неисчерпаемый источник тем для научно-фантастических произведений. На этом пути писатель может явиться не только популяризатором новейших научных знаний, но и провозвестником дальнейшего прогресса, следопытом научного будущего. Писатель, работающий в области научной фантастики, должен быть сам так научно образован, чтобы он смог не только понять, над чем работает ученый, но и на этой основе суметь предвосхитить такие последствия и возможности, которые подчас неясны еще и самому ученому. Вершиною достижения в этом смысле могло быть положение, когда писатель научно-фантастического произведения своей фантазией наталкивает ученого на новую плодотворную идею.
*** Писатель, подсказывающий ученому новые идеи! Может ли это быть? Не слишком ли это смело? Жизнь показывает, что не слишком. «Бывает и так, что новые пути науки и техники прокладывают иногда не общеизвестные в науке люди, а совершенно неизвестные в научном мире люди, простые люди, практики, новаторы дела», — сказал товарищ Сталин на приеме в Кремле работников высшей школы.
***Писатель имеет полную возможность включиться в борьбу за передовую науку, в борьбу с научной замкнутостью, косностью, консерватизмом. И писателю, работающему в области научной фантастики, необходимо включиться в эту борьбу, в первую очередь потому, что научная фантастика по самой сути своей является отрицанием косности, консерватизма мысли. Воспитывать у читателя смелость мысли научной и технической, облегчать пути научного новаторства, отражать и описывать борьбу представителей передовой науки с консерватизмом, вести борьбу с научной косностью — одна из почетных задач советской научной фантастики.
***Как видим, все это далеко выходит за пределы скромного популяризирования научных знаний.

***Другой круг вопросов, которые необходимо разрешить советской научной фантастике, проходит по линии социальной.
***Всякое научное открытие и изобретение возникает в определенное время и в определенном социально-экономическом строе. Показать межпланетные полеты, изображая действительность сегодняшнего дня, было бы известным анахронизмом, так как практическое разрешение вопроса о межпланетных полетах, по мнению ученых, требует еще значительного времени, быть может не одного десятка лет. У нас же каждая пятилетка резко меняет лицо страны, — появляются новые города, заводы, фабрики, изменяется быт. С изменением производственных сил изменяются и производственные отношения. Жюль Верн мола заботился о том, чтобы технический прогресс привести в экономическое соответствие с прогрессом социальным. Возможно, что это зависело от консерватизма его социальных взглядов, который он умудрялся совмещать с необычайным новаторством и смелостью мысли в области техники. Этот социальный консерватизм у Жюля Верна простирался, например до того, что он в одном рассказе «В 2000 году» он предугадал появление телевидения и радио, и в то же время в рассказе фигурирует в Америка русский посол царского правительства. Современный ему социальный строй Жюль Верн считал, по-видимому, незыблемым, как бы далеко не предугадывались во времени описываемые им изобретения, общественный строй люди изображались такими, какими они были в его время.

***Это конечно значительно упрощало работу писателя. Но советские писатели совершенно не могут идти по этому пути. Наша техника будущего является лишь частью социального будущего. И советский писатель, задавшись целью ознакомить читателя с каким-нибудь техническим новшеством, должен в первую очередь учесть, по возможности, какие изменения к тому времени произойдут в хозяйстве всей страны, в быте, в семейных отношениях и т. п.
***Это, конечно, задача в высшей степени трудная. Нужно стараться избегать, по крайней мере, крупных анахронизмов. Задача эта не только трудная, но и в высшей степени ответственная. Ведь ради этого будущего люди приносили жертвы, проливали кровь. Художественный показ картины будущего может еще больше поднять энтузиазм строителей социализма и облегчить перенесение временных трудностей, которых, конечно немало встретится на пути.
***Показ социального будущего должен преследовать и другую цель: писатель-художник, удачно изображая в научной фантастике города будущего, дома, уличный транспорт, одежду, костюмы и т. д. и т. п., может способствовать тому, чтобы это будущее воплотилось в жизнь возможно скорее. Удачная мысль, идея заинтересует архитектора, инженера, изобретателя, за «мыслью» последует «научный расчет», за ним «исполнение».
***Но не слишком ли мы много требуем от писателя? Писатель, подсказывающий новые идеи ученому, архитектору, изобретателю. Разумеется, бросать пригоршнями новые идеи, мысли, проекты и среди писателей могут лишь выдающиеся люди. Но не обязательно, чтобы все новые идеи в научно-фантастическом произведении принадлежали лично автору, и были все сплошь оригинальными. Главное, чтобы писатель умел найти действительно новые, оригинальные и плодотворные идеи и поддержал их, пропагандировал в своих произведениях и важно, чтобы эти идеи были вполне доброкачественными в смысле их практической целесообразности и выполнимости.
***Здесь весь вопрос в методе работы. Изображая будущее — города, быт, одежду, надо раз и навсегда покончить с пустым фантазированием, высасыванием из пальца, голыми, выдуманными схемами и затасканными трафаретами — с одеждами, напоминающими древнегреческие тоги и хитоны», «белыми зданиями с колоннами, напоминающими древнегреческие храмы».
***Советская социальная научная фантастика, или, точнее — социальная часть советских научно-фантастических произведений, должна иметь такое же научное основание, как и часть научно-техническая. Определяя будущее развитие общества, писатели должны хорошо изучить социально-экономическую и политическую литературу, пятилетние и генеральные планы развития хозяйства, изучить пути развития советской архитектуры, жилищного строительства и т. п. Причем во всех проектах, оригинальных и позаимствованных, писатель должен исходить не от внешности, а от внутреннего содержания, целесообразности, избегать стандартов, однообразия, учитывать разнообразие условий времени, климата, возраста и т. д. Это очень сложно и трудно. Но кто боится трудностей, не должен браться за создание научно-фантастических произведений.
***А над этой трудностью — изображения социального будущего — стоит еще большая — показ человека будущего. Вот задача, которую необходимо разрешить советскому писателю, работающему в области научной фантастики. Между тем это совершенно необходимо: как описать науку, технику, быт будущего без человека будущего?
***Некоторые черты этого человека будущего намечаются уже в наши дни: социалистическое отношение к труду, к государственной и общественной собственности, любовь к родине, готовность самопожертвования во имя ее, героизм.
***Человек советского будущего — это человек, не знающий гнета эксплуатации, имеющий полную возможность раскрывать все свои творческие способности и дарования! Какие должны быть мощные, яркие характеры, какая полнота и разнообразие запросов, потребностей, какова красота жизни!
***Удачно показать образ этого человека нашего будущего во весь рост, заставить его говорить «во весь голос» — задача почетнейшая, интереснейшая, но и необычайно трудная, требующая для своего разрешения времени. Поэтому читатель и критика не должны быть слишком строги, если в первых романах, рисующих время полного перехода к коммунизму, герои будут больше напоминать современников, чем людей будущего.
***Вот основные задачи, лежащие перед советским писателем в области научной фантастики. Описывая их, мы одновременно касались и некоторых трудностей, возникающих при разрешении их.
 На трудностях, которые стоят перед писателем в области научной фантастики, следует однако, остановиться несколько подробнее, по крайней мере, на главнейших из них.
***В настоящее время быть энциклопедистом, быть на высоте современных знаний в различных областях неизмеримо труднее, чем это было во времена Жюля Верна, не говоря о более отдаленных временах. лесах в своем романе «Жиль Блаз», действие которого происходит в ХVII веке, описывает знаменитого врача, весь метод лечения которого от всех болезней состоял в том, чтобы «пускать больным кровь и поить их теплой водой». Такую «науку» нетрудно было изучить. В настоящее время даже такие крупные и высококультурные писатели не могут обойтись в своей работе без научного консультанта.
***Надо прямо сказать, что научный багаж советского писателя-фантаста, в особенности в области физико-математических наук еще не очень велик, тем более, если иметь в виду обширность, глубину и быстроту развития этих областей науки. Это дело, конечно, поправимое, если писатель возьмется за серьезную учебу и если ему будет обеспечена солидная научная консультация. К сожалению, пошумев о связи науки с литературой, Союз Писателей, издательства и редакции журналов ничего реального не сделали, чтобы обеспечить постоянную деловую связь писатели с научными работниками, Вопрос о научной консультации и редакции в процессе работы необходимо разрешить возможно скорее, иначе неизбежно будут повторяться такие же истории. как с недавно рецензируемым в журнале «Детская литература» романом Адамова «Победители недр». Когда роман уже вышел из печати, в нем нашли немало мелких и крупных недостатков. Но разве невозможно было на пользу автору и читателям убрать эти недостатки в то время. когда еще автор работал над рукописью?
***Следующая трудность стоящая перед читателем в изложении научных проблем, это невозможность проведения точных границ между научным и ненаучным, практически выполнимым, хотя бы и в отдаленном будущем, и абсолютно никогда невыполнимым. и ученый иногда подавляя своим научным авторитетом, дает уничтожающую критику фантазии писателя, а на поверку (увы, иногда слишком поздно для автора) оказывается, что писатель был ближе к истине, чем ученый, что не наука, а научная косность продиктовали столь суровый приговор.

Трудности сюжета.

***Очень велики трудности в создании сюжета при условии, что действие романа происходит, когда классов уже нет, а с ними и классовых противоречий. нет и антагонизма между городом и деревней, разницы между умственным и физическим трудом и т.п.
***Старые сюжетные стандарты «литературного наследства» тут уже не годны. В капиталистическом мире «человек человеку волк, все на одного, один против всех» («Человек-невидимка»). У нас человек человеку брат», «все за одного и один за всех». Там сюжет строится на борьбе за капитал внутри класса капиталистов, на конкуренции, на борьбе классов, на антагонизме города и деревни. на антагонизме расс, национальностей и т.д. Сюжетные конфликты в произведениях, описывающих советское будущее, естественно. должны строиться на иных основах. Для переходного периода, пока СССР находится в капиталистическом окружении, может и должна быть использована для сюжета борьба с осколками класса эксплуататоров, с вредителями, шпионами, диверсантами.
***Но роман, описывающий более отдаленное будущее, скажем бесклассовое общество эпохи коммунизма, должен уже иметь какие-то совершенно новые сюжетные основы. Притом такого рода роман должен иметь довольно много описаний, а они всегда являются тормозом в развитии сюжета. Дело осложняется еще и тем, что читатель научно-фантастической литературы уже приучен к остроте, особенной динамичности, сюжетной «закрученности», которые присущи старым образцам этих жанров. Он ждет этого от всякого научно-фантастического романа. И остается неудовлетворенным, не найдя привычной остроты.
***Нередко редакторы выражают пожелание, чтобы роман был и по содержанию, и по форме, и по сюжету новым, построенном на нашем материале, и в то же время, чтобы он был столь же занимателен, как старые привычные. Разумеется занимательность обязательна для каждого романа. Вопрос только в том, что самый характер занимательности изменяется, часть же читателей отстает от этих изменений. отсюда возможный конфликт с автором. Хвостизм, потакание вкусам наиболее отстающей части читателей, разумеется, недопустимы. Но и отрыв опасен.
***Писатель, например, может изобразить человека будущего с огромным самообладанием, умением сдерживать себя, свои чувства, порывы, эмоции. И возможно, что писатель очень точно предугадает эту черту в характере человека будущего и даст прекрасный портрет. А читателю может показаться такой человек бесчувственным, бездушным, холодным и невозбуждающим симпатий (например сцена: умирает единственный ребенок, а мать не стонет, не проливает ни единой слезы).
***Мы перечислили далеко не все трудности, которые приходится преодолевать, писателю, создавая жанр советской научной фантастики. Но и сказанного, полагаем достаточно, чтобы показать, насколько сложна задача создания полноценных произведений. Удовлетворительно разрешить эту задачу невозможно, если писатель посвятив себя этому жанру, будет продолжать работать, как это имело место до сих пор, в одиночку, кустарно, на свой страх и риск решать труднейшие и ответственные проблемы. Мало учиться на ошибках друг друга по уже вышедшим из печати произведениям. Необходима творческая среда, творческий контакт, товарищеский совет, научная консультация в процессе работы. Необходимо коллективное обсуждение проблем научной фантастики на собраниях и в печати. Необходимо предупреждать ошибки, а не только критиковать, когда они сделаны. До сих пор положение было именно таково: когда книжка уже вышла, критиков много, когда работаешь над нею, помощников и советчиков нет или, по крайней мере, их трудно получить. Этот порядок должен быть изменен дружными усилиями общественных организаций Союза писателей, издательств и редакций, представителей науки и критики.

«Детская литература», 1938, № 15-16, с 1-8

 

 

 .
 

 
К разделу добавить отзыв
Все права защищены, при использовании материалов сайта необходима активная ссылка на источник