Добавить в избранное

Форум площадки >>>

Рекомендуем:

Анонсы
  • Евсеев Игорь. Рождение ангела >>>
  • Олди Генри Лайон. Я б в Стругацкие пошел – пусть меня научат… >>>
  • Ужасное происшествие. Алексей Ерошин >>>
  • Дрессированный бутерброд. Елена Филиппова >>>
  • Было небо голубое. Галина Дядина >>>


Новости
Новые поступления в библиотеку >>>
О конкурсе фантастического рассказа. >>>
Новые фантастические рассказы >>>
читать все новости


Стихи для детей


Случайный выбор
  • Часть 12  >>>
  • Бинг, Юн. Риестофер Юсеф  >>>
  • Синдбад - Мореход. Первое и...  >>>

 
Рекомендуем:

Анонсы
  • Гургуц Никита. Нога >>>
  • Гургуц Никита. Нога >>>





Новости
Новые поступления в раздел "Фантастика" >>>
Новые поступления в библиотеку >>>
С днём рождения, София Кульбицкая! >>>
читать все новости


Путешествие Алисы. Ч.5

Автор оригинала:
Кир Булычёв

Путешествие Алисы. Ч.4

Глава 10.
МЫ КУПИЛИ ГОВОРУНА

Мы с Алисой обошли весь базар, купили для зоопарка восемнадцать разных зверей и птиц, большинство из которых на Земле ещё никому не приходилось видеть. Алиса спрашивала каждого торговца или коллекционера:
— А где достать говоруна?
Ответы были самые разные.
— Говоруны перестали класть яйца, — сказал один.
— Говоруны перемёрли от загадочной болезни.
— Говорунов держать нельзя.
— Кто то скупил всех говорунов на планете.
— Говорунов никогда и не было.
И ещё много других ответов. Но мы так и не поняли, что же произошло на самом деле. Все признавали, что раньше говоруны были самыми обычными птицами и их любили держать дома и в зоопарках. Но за последний год говоруны почти все куда то исчезли. Говорили, что по домам ходили люди и скупали говорунов. Говорили, что из зоопарка говорунов кто то украл. Говорили, что в главном говоруньем питомнике они заболели лихорадкой и умерли. И чем безнадёжнее было найти говоруна, тем больше Алисе хотелось хотя бы поглядеть на эту птицу.
— А что в говорунах особенного? — спросил я Крабакаса с Баракаса, с которым мы только что познакомились.
— Ничего особенного, — ответил Крабакас вежливо, свивая в кольца синий хвост. — Они говорят.
— Попугаи тоже говорят, — сказал я.
— Про попугаев не знаю, не слышал. Но, может быть, у вас называют попугаями говорунов?
— Может быть, — согласился я, хотя вряд ли попугаи водились на этой планете. — А где они водятся?
— Чего не знаю, того не знаю, — сказал Крабакас с Баракаса. — Может быть, они водились именно на этой планете. Я слышал, что говоруны могут летать между звёзд и всегда возвращаются к родному гнезду.
— Не найти нам говоруна, — сказал я Алисе. — Придётся возвращаться. Тем более что твой индикатор уже проголодался.
Индикатор услышал мои слова и в знак согласия стал светло зелёным.
Мы повернули к выходу, и тут меня остановил крик Крабакаса. Он, как синий смерч, взвился над клетками.
— Эй! — кричал он. — Землянин, вернись скорей сюда!
Я вернулся. Крабакас свился в клубок и сказал:
— Хотели посмотреть на говоруна? Ну, тогда считайте, что вам сказочно повезло. У меня за клетками спрятался человек, который принёс настоящего взрослого говоруна.
Алиса, не дослушав, бросилась обратно, и за ней семенил индикатор, переливаясь от нетерпения всеми цветами радуги.
За стеной птичьих клеток спрятался маленький ушан с прижатыми ушами. Он держал за хвост большую белую птицу. У птицы было два клюва и золотая корона.
— Ой, — сказала Алиса, — ты узнаешь её, папа?
— Что то знакомое, — сказал я.
— «Знакомое»! — передразнила меня Алиса. — Эта птица сидит на плече статуи Первого капитана!
Алиса была права. Я вспомнил. Конечно, именно говоруна изобразил скульптор.
— Вы продаёте птицу? — спросил я у ушана.
— Тише! — зашипел тот. — Если вы не хотите её и меня погубить, тише!
— Покупайте без разговоров, — сказал мне на ухо Крабакас с Баракаса. — Я бы сам купил, но вам она нужнее. Может быть, это последний говорун на планете.
— Но почему такая тайна? — спросил я.
— Я и сам не знаю, — ответил хозяин говоруна. — Я живу далеко от города и редко здесь бываю. Давным давно, несколько лет назад, этот говорун прилетел ко мне. Он был истощён и ранен. Я его выходил, и он с тех пор жил у меня в доме. Этот говорун, видно, за свою жизнь побывал на разных планетах. Он говорит на многих языках. Несколько дней назад я был по делам в городе и встретился в столовой с одним старым другом. Мы разговорились, и старый друг сказал мне, что в городе совсем не осталось говорунов. Кто то их скупает или убивает. А я тогда ответил другу, что у меня живёт говорун. «Береги его», — сказал мне друг. Тут к нам подошёл один землянин и сказал, что хочет купить говоруна…
— Он был в шляпе? — спросила вдруг Алиса.
— В шляпе, — ответил ушан. — А вы откуда знаете?
— Пожилой и худой?
— Да.
— Значит, это он, — сказала Алиса.
— Кто — он? — спросил Крабакас с Баракаса.
— Тот самый, который торговал червяками.
— Конечно, это он, злодей! — воскликнул Крабакас.
— Погодите, не перебивайте, — остановил нас ушан. — Я тогда отказался продать свою любимую птицу и поехал обратно домой. И представляете, в ту же ночь кто то старался проникнуть в мой дом. А на следующую ночь меня хотели поджечь. Но говорун проснулся и разбудил меня. Вчера я нашёл ещё не оконченный подкоп под мой дом. А сегодня ночью в мою спальню кто то бросил огромный камень. И я понял: если оставлю птицу дома, не жить мне на свете. Если не боитесь смерти, берите птицу, но за последствия я не отвечаю.
— Берите, — сказал Крабакас, — птица редкая, хорошая, а вам все равно улетать отсюда. Вам не страшно.
— Берём, папа? — спросила Алиса и протянула руку к говоруну.
Я не успел ответить, как говорун легко взлетел на плечо Алисы.
— Прощай, друг, — вздохнул ушан.
Я расплатился с ушаном, и тот сразу убежал. Даже деньги считать не стал.
— Кормить говоруна можно белым хлебом, — сказал нам на прощание добрый Крабакас, — и молоком. Полезно давать шиповниковый сироп.
Сказав так, Крабакас свернулся в синий клубок и улёгся на клетку с канарейками.
Мы отправились к выходу с базара. Впереди шла Алиса, и на плече у неё сидел говорун. Правда, он ещё не сказал ни слова, но это меня не волновало. За Алисой семенил индикатор и задумчиво менял цвета. Потом шёл я и вёл на поводке купленного за бешеные деньги очень редкого, работящего, почти разумного паука ткача троглодита. Паук прял аккуратный шерстяной шарф в клеточку, и уже связанный конец шарфа волочился по земле. Сзади ехал автоматический вездеход, полный клетками и аквариумами, — там для человека и места бы не нашлось. Со всех сторон к нам оборачивались коллекционеры и повторяли на десятках языков:
— Смотрите, говоруна несут!
— Говорун!
— Живой говорун!
Вдруг говорун наклонил голову набок и заговорил.
— Внимание! — сказал он по русски. — Посадка на эту планету невозможна. Я перехожу на планетарную орбиту, а ты, друг милый, не забудь включить амортизаторы.
Сказав это, говорун без всякой паузы перешёл на незнакомый нам язык и барабанил на нём минуты две.
— Вот это попугай! — сказала Алиса.
Говорун замолчал, прислушался к её словам и повторил:
— Вот это попугай!
Потом ещё подумал и произнёс моим голосом:
— Но почему такая тайна?
Потом голосом своего прежнего хозяина:
— В ту же ночь кто то старался проникнуть в мой дом. А на следующую ночь меня хотели поджечь.
— Всё ясно, — сказал я. — Нам с тобой, Алиса, повезло: это сверхпопугай, всем попугаям попугай. Он запоминает сколько угодно слов, и притом сразу.
А тем временем говорун снова начал говорить по русски:
— Слушай, Второй, мне нечего тебе подарить. Хочешь, бери моего говоруна. Он будет тебе напоминать о наших скитаниях — ведь у него в голове все умещается, до последнего слова. И ты знаешь, как его настроить на нужный текст.
Говорун ответил сам себе другим голосом:
— Спасибо, Первый. Мы ещё увидимся…
Потом в горле говоруна что то затрепетало, загудело, словно вдали поднимался в небо космический корабль.
— Папа, ты понимаешь, что он говорит? — спросила Алиса.
— Кажется, да, — ответил я. — Кажется, это голоса знаменитых капитанов.
Мы вышли с площади и постарались обойти секцию филателистов, чтобы не проталкиваться с нашим необыкновенным грузом сквозь толпу. Навстречу нам кинулся знакомый толстяк в чёрном кожаном костюме.
— Ну как? — спросил он. — Нашли, что искали?
— Да, — ответил я. — Все в порядке.
— Мы говоруна купили, — сказала с гордостью Алиса. — И он запомнил такие интересные вещи, что вы и не представляете.
В этот момент говорун снова открыл свои клювы, расправил коронку на голове и заговорил голосом Первого капитана:
— Ты же знаешь, Второй, как мне хочется снова уйти в космос. Но всему есть предел.
Толстяк обернулся к Алисе, увидел говоруна, и лицо у него стало похожим на плоский блин, а глаза побелели и спрятались глубоко в глазницах.
— Уступите его мне, — сказал толстяк.
— Почему? — удивился я.
— Так надо, — сказал толстяк и протянул руку к говоруну.
Говорун изловчился и больно клюнул его в палец.
— Ой! — крикнул толстяк. — Проклятая тварь! Я давно за тобой охочусь.
— Уберите руку, — сказал я.
Толстяк опомнился.
— Извините, — сказал он. — Я давно ищу говоруна. Я специально за ним прилетел за восемьдесят световых лет. Вы не можете мне отказать! Я заплачу, сколько вы хотите.
— Но мне не нужны ваши деньги, — сказал я. — У нас на Земле вообще уже нет денег. Мы берём их с собой, только когда летим в космос, в те места, где ещё есть деньги.
— Но я вам дам за эту птицу все, что вы хотите! Я вам подарю целый зоопарк!
— Нет, — ответил я твёрдо. — Насколько я понимаю, говорунов уже почти не осталось. В зоопарке он будет в безопасности.
— Отдайте, — сказал толстяк злобно. — А то отниму.
— Только посмейте! — сказал я.
Мимо проходили два полицейских ушана. Я обернулся к ним, чтобы позвать их на помощь, но толстяк как сквозь землю провалился.
Мы пошли дальше.
— Видишь, папа, с говорунами связана какая то тайна, — сказала Алиса. — Ты никому его не отдавай.
— Не бойся, — успокоил я её.
Мы шли по пустынной дороге. За невысокой изгородью шумел рынок. Впереди уже виднелись гостиницы города Палапутры. Вдруг сзади послышались лёгкие шаги. Я быстро обернулся и замер от удивления.
По дороге бежал, догоняя нас, доктор Верховцев. Шляпа его была сдвинута набок, костюм измят, и на вид он был ещё худее, чем прежде.
— Профессор, — сказал он мне, задыхаясь, — вам грозит страшная опасность. Как хорошо, что мне удалось вас догнать! Какое счастье!
— Что за опасность? — спросил я.
— Опасность кроется в говоруне. Если вы с ним не расстанетесь немедленно, ваш корабль погибнет. Я знаю точно.
— Послушайте, доктор Верховцев, — сказал я сердито, — ваше поведение более чем странно. Вы себя очень таинственно вели на планете имени Трех Капитанов и сказали нам, что не знаете, какая птица изображена на памятнике. Потом вы, как говорят, приехали сюда и пытались уничтожить весь кислород на планете, торгуя белыми червяками. Вы плохо вели себя в гостинице: варили сосиски на кровати и ломали роботов стольников. А теперь требуете, чтобы мы отдали вам говоруна… Нет, не перебивайте меня. Когда вы одумаетесь, приходите к нам на корабль, и там мы поговорим в спокойной обстановке.
— Вы пожалеете, — сказал Верховцев и сунул руку в карман.
Индикатор покраснел от страха. Паук ткач троглодит замахал на Верховцева недовязанным шарфом.
— Осторожнее, папа, у него пистолет! — крикнула Алиса.
— Полосков! — сказал я в микрофон, висевший у меня на груди. — Засеки мои координаты! Мы в опасности! Срочно на помощь!
Услышав мои слова, Верховцев замер, раздумывая. На наше счастье, на дороге показалась большая толпа коллекционеров, которые волокли упиравшегося зелёного слона. Верховцев перемахнул через загородку и исчез.
— Ой, как мне все это нравится! — сказала Алиса. — Какие настоящие приключения!
— А мне, честно говоря, не очень нравятся такие приключения. Ведь мы ехали собирать животных для зоопарка, а не воевать с доктором Верховцевым.
Через три минуты над нами повис катер с «Пегаса». Это Полосков прилетел на помощь. Катер медленно летел над нами до самого корабля, и мы добрались до него без всяких осложнений.

Глава 11.
КУРС К СИСТЕМЕ МЕДУЗЫ

Как только мы разместили зверей в клетки и накормили их, я прошёл на мостик и послал телеграмму на базу разведчиков на Малом Арктуре. Телеграмма была такая:
«Проверьте, где находится доктор Верховцев. Мне кажется, что он не тот, за кого себя выдаёт».
Вечером пришёл ответ с Малого Арктура:
«Доктора Верховцева на планете Трех Капитанов нет. Больше ничего пока сообщить не можем».
— Мы и без них знаем, что его нет на планете Трех Капитанов, — сказал, прочтя телеграмму, Полосков. — Он здесь.
Для говоруна мы сделали большую клетку и повесили её в кают компании. Говорун весь день бормотал что то на незнакомых языках и никак не хотел изобразить кого нибудь из капитанов. Но Полосков все равно поверил нам с Алисой и сказал:
— Я тоже думаю, что это тот самый говорун, который принадлежал Первому капитану и которого Первый капитан подарил Второму, когда они расстались.
— А не может так быть, — спросила Алиса, — что Верховцев специально гонялся за всеми говорунами, потому что хотел заполучить этого самого говоруна?
— Но зачем ему говорун? — спросил я.
— Как — зачем? Мы знаем, что Второй капитан пропал без вести. И никто не знает, где он. Мы знаем, что у него был говорун…
— Правильно! — сказал механик Зелёный. — Конечно! Наша девочка совершенно права. Капитана нет, а говорун здесь. Значит, говорун знает, где капитан. И Верховцев хочет это узнать.
— Так почему он делает из этого тайну? — спросил я. — Мы бы ему с удовольствием помогли.
Послышался стук. Кто то пришёл к нам.
Я отправился к люку и раскрыл его. На трапе стоял толстяк в чёрном кожаном костюме.
— Простите за беспокойство, — сказал он. — Я хотел извиниться за моё поведение на рынке. Но мне так хотелось получить живого говоруна, что я не удержался.
— Ничего, — ответил я, — мы не обижаемся. Только говоруна мы вам все равно не отдадим.
— Ну и не надо, — сказал толстяк весело. — Только я не хочу, чтобы вы обо мне плохо думали. Пожалуйста, не откажите мне в любезности, возьмите на прощанье от меня подарок.
Он протянул мне очень редкое животное: алмазную черепашку с Менаты. Панцирь этой черепашки сделан из настоящих алмазов и сверкает так, что глазам больно смотреть.
— Берите, не стесняйтесь, — сказал толстяк. — У меня их три.
Конечно, мне не стоило брать подарок от такого странного человека, надо бы поостеречься. Но ведь ни в одном зоопарке Земли нет алмазных черепашек! Пять лет мы охотились за ней, и вот нашёлся человек, который нам её дарит.
— Не отказывайтесь, — сказал толстяк. — До свиданья. Может, ещё увидимся. Запомните, меня знают на ста планетах и зовут Весельчак У.
И он затопал башмаками по трапу, спустился вниз и, подпрыгивая на ходу, направился к Палапутре.
Уже стемнело, оба солнца планеты сели почти одновременно, только с разных сторон горизонта, и потому над космодромом пылали два заката, один красивее другого. И я подумал, что всё таки нельзя думать о людях плохо. Вот толстяк, например, настоящий энтузиаст биологии. И не пожалел подарить нам такое редкое животное.
В очень хорошем настроении я вернулся в кают компанию и показал моим друзьям подарок. Черепашку передавали из рук в руки, и все любовались причудливой игрой света на алмазах её панциря.
— Куда дальше летим? — спросил Полосков после ужина.
— К склиссам, — сказала Алиса, — на планету Шешинеру.
— Ну что ж, — согласился я, — мы все равно туда собрались.
И вдруг говорун, до того сидевший смирно и глядевший, как мы пьём чай, снова заговорил.
— Ты собираешься лететь? — спросил он голосом Первого капитана.
— Да. Я полечу ему навстречу, — ответил говорун голосом Второго капитана.
— Ну ладно, Второй, если будет трудно, позовёшь меня на помощь.
— Если смогу.
— Пришли говоруна. Он расскажет. Знаю, как заставить его говорить. Ты ему передашь все подробности.
— Ну, до встречи.
— До встречи.
Говорун замолчал.
— Ну, ты слышал, Полосков? — спросила Алиса.
— Конечно, слышал, не кричи, — ответил Полосков и задумался.
Говорун покачал золотой короной, словно раздумывал, продолжать или нет. И вдруг сказал медленно и раздельно голосом Второго капитана:
— Держи курс в систему Медузы.
Мы ждали, не заговорит ли говорун снова. Но говорун закрыл глаза и сунул голову под крыло.
— Значит, Второй капитан попал в беду и послал говоруна за помощью, — сказала Алиса. — Как же заставить говоруна все нам рассказать?
— Погодите, — вмешался я. — Ну с чего вы решили? Ведь говорун не полетел на Венеру, где работает Первый капитан, а вернулся на родную планету. Значит, его никто никуда не посылал. Второй капитан мог просто погибнуть. И тогда говорун полетел домой.
— Все может быть, — сказал Полосков и поднялся из за стола.
Он вышел из кают компании и вернулся через пять минут, принеся с собой карту Галактики. Он расстелил её на столе, отодвинув чашки, и ткнул пальцем в край карты.
— Здесь, — сказал он, — находится система Медузы. Совершенно не исследована. В ней есть планеты. Я предлагаю лететь туда. Если капитан жив, то мы ему поможем. Если он погиб, мы, по крайней мере, будем знать, где это случилось.
— Но ведь он мог погибнуть в открытом космосе, — возразил я.
— Но что могло случиться с великим капитаном в открытом космосе?
— Взрыв корабля, например.
— А говорун остался цел?
— Ну, мало ли что может случиться!
Я молчал. В конце концов, у экспедиции были свои задачи, и неизвестно, есть ли вообще какие нибудь животные в системе Медузы. Пока мы долетим до системы и вернёмся обратно, пройдёт всё время, отпущенное на экспедицию. А ведь мы ничего не знаем кроме того, что сказал говорун. Вдруг капитан побывал там, а погиб совсем в другой части Галактики? Об этом я и сказал своим товарищам. Но чем дольше я говорил, тем меньше был уверен в своей правоте и тем больше понимал, что ни Полоскова, ни Алису я не убедил.
— Хорошо, — сказал я наконец, — попытка не пытка. Только сначала мы отправимся на Шешинеру. Надо же разобраться, кто такие склиссы.
— Добро, — согласился Полосков, водя пальцем по карте. — Это по дороге. Кроме того, мы сможем останавливаться по пути на других планетах и искать редких животных для зоопарка.
— Теперь спать, — сказал я. — Завтра с утра подъем и отлёт. Все звери накормлены, напоены?
— Так точно, товарищ начальник экспедиции, — ответила Алиса, которая отвечала за кормление зверей.
— А где алмазная черепашка? — спросил я.
— Только что здесь была, — сказал Полосков. — Где же она?
Мы потратили целый час, облазили весь корабль и нашли алмазную черепашку только с помощью индикатора, который отыскал её у самого люка.
— Видно, убежать хотела, — сказал Зелёный. — Я же предупреждал. За этими черепашками глаз да глаз.
Индикатор пожелтел.
Я вытащил табличку цветовых чувств индикатора, которую дала мне двухголовая змея, и сказал:
— Жёлтый цвет — недоверие.
— Не веришь черепашке? — спросил Зелёный у индикатора. — Я тоже.
Индикатор стал таким жёлтым, что даже свет ламп померк.
— Ну ладно, — сказал тогда я. — Запрём её в клетку.
Индикатор оставался таким же жёлтым, но по спине его поплыли чёрные полосы. Таблица сообщила нам, что чёрные полосы на жёлтом фоне означают несогласие.
— Ну хорошо, — сказал я. — Если ты такой недоверчивый, мы её на ночь закроем в сейф.
И тогда индикатор стал счастливого темно зелёного цвета.

Глава 12.
ТАКОЕ ПЕЧАЛЬНОЕ ИЗОБРЕТЕНИЕ

Когда «Пегас» подлетал к планете Шешинеру, посылок и грузов в нём заметно поубавилось. Можно было ходить по коридорам и не натыкаться на мешки, ящики и контейнеры.
Мы миновали уже треть Галактики и оказались в таких местах, куда не заходят рейсовые лайнеры с Земли.
Планета Шешинеру лежит в стороне от больших путей. Её животный мир небогат — ещё триста лет назад она была голой и необитаемой, но потом сюда прилетели колонисты с Розодора и сделали на ней искусственную атмосферу, посадили сады и соорудили газоны.
Мы бы не стали тратить время на посадку, но доктор Верховцев ещё на планете Трех Капитанов сказал нам, что слышал о том, что на планете Шешинеру живёт зверь по имени склисс.
«Пегас» опустился на планету глубокой ночью, в стороне от тусклых огоньков небольшого города. Садились мы тихо, чтобы не разбудить горожан и не испугать их: на Шешинеру редко прилетают корабли, и некоторые шешинерийцы их вообще не видели.
Двигатели смолкли, механик Зелёный расчесал бороду и лёг спать, капитан Полосков остался на мостике, чтобы внести поправки в устаревшую навигационную карту, Алиса писала письмо бабушке, надеясь отправить его с Шешинеру, а я спустился в первый трюм, чтобы выбрать пустую клетку для склисса и накормить зверей.
На корабле было тихо и тепло. Я почти беззвучно шёл по мягкому ковру и думал о том, что надо будет запастись на Шешинеру водой и достать шерсти для паука ткача троглодита. Ветвистый кустик поджидал меня за углом, и я сказал ему:
— Спать сейчас же! А то завтра не полью.
Кустик в ужасе взмахнул листочками и зашуршал, втискиваясь в свой отсек.
Вдруг я услышал негромкое чавканье. Кто то залез на склад, где хранились оставшиеся посылки. Я остановился и прислушался. Неизвестно, кто из зверей вылез из клетки, — ведь не всякого возьмёшь голыми руками.
Я осторожно заглянул в приоткрытую дверь склада. Пусто. Но чавканье стало слышней. Я вошёл в отсек. Чавканье доносилось из за двери запертого шкафа холодильника. Там хранились ананасы.
Меня удивило, что ключ торчит снаружи — никто не мог забраться в холодильник и запереть себя без ключа.
Я медленно протянул руку к ключу, повернул его и распахнул дверь.
 
В шкафу, дрожа от холода, сидел небольшой зелёный человек и грыз остренькими зубками ананас.
Человек в ужасе поднял глаза и прижал ананас к груди.
— Вы не смеете, — сказал он.
— Хоть бы очистили ананас, — ответил я. — И вообще, как вы сюда забрались?
— Поужинать не дадут спокойно! — сказал человек и исчез вместе с ананасом.
Я протёр глаза. Холодильник был пуст. Трех ананасов на полках не хватало. Кто то дотронулся до моей ноги, и я от неожиданности подпрыгнул.
Оказалось, это все тот же беспокойный кустик бродит по трюму.
— Немедленно спать! — крикнул я на него, хотя никогда не кричу на животных и растения.
Кустик подобрал ветки и бросился наутёк.
Я снова взглянул на холодильник. Спиной ко мне стоял зелёный человек и пытался, поднявшись на цыпочки, стащить с полки большой ананас.
— Стой! — крикнул я.
Человечек оглянулся, и я понял, что это вовсе не тот же самый похититель, который три минуты назад жевал ананас.
— Не волнуйтесь, — сказал человечек, — я имею разрешение.
И он тут же исчез, унося ананас.
Таких чудес я никогда ещё не видел. У меня даже голова закружилась. Я глупейшим образом заглянул в холодильник, будто кто то мог скрываться там, в глубине.
В тот же момент меня толкнули, на полке стоял третий зелёный человек.
— Не мешайте, — сказал он, — зашибу. — и тут же потянулся за ананасом.
— Ну, уж это чёрт знает что такое! — возмутился я. — Вы откуда?
— Я здесь живу, — ответил человечек, взял ананас и растворился в воздухе.
Это было выше моих сил. Я нажал на кнопку телефона и вызвал Полоскова.
— Гена, — сказал я, — ты не спишь?
— Нет, — ответил капитан. — Работаю. А что у тебя с голосом?
— С голосом? Ничего.
— Он дрожит, как заячий хвост. Что нибудь случилось?
— Скажи, Гена, люк в корабль задраен?
— Конечно, задраен. Ведь никто не выходил.
— А Зелёный спит?
— Спит. И Алиса спит. Я только что проверял. Алиса писала письмо, писала и заснула на половине. А что произошло?
— Скажи, в каких случаях людям мерещатся зелёные человечки?
— Маленькие? — спросил деловито Полосков. — На плече сидят? С хвостиками? Где то я об этом читал. В старой книге.
— Нет, — ответил я, — довольно большие, без хвостов, едят ананасы. Вот! Вот он! Четвёртый!
И в самом деле, ещё один похититель возник в холодильнике, подмигнул мне и исчез.
— Иду! — сказал Полосков обеспокоенно. — Ничего не предпринимай. Держи себя в руках.
К тому времени, когда Полосков прибежал в трюм, на полках оставалось меньше половины ананасов, и сразу два зелёных человечка подсаживали друг друга, чтобы забраться на верхнюю полку холодильника.
— Нет, — сказал Полосков, — ты их не пугай. Это, наверно, не галлюцинация.
— Какая ещё галлюцинация! — обиделся человек. — Можете потрогать.
— Некогда, — прервал его второй.
— Привет Алисе, — сказал первый.
И они исчезли, чтобы уступить место ещё одному.
— Алиса на самом деле спит? — спросил я у Полоскова.
— Спит.
— А откуда они могут о ней знать?
— Ума не приложу. Сумасшедший дом какой то!
В холодильнике было пусто. Никто больше не появлялся.
— Давай закроем туда дверь, — сказал Полосков. — Так спокойнее.
Я захлопнул дверь в холодильник.
— Откуда они могут знать об Алисе? — повторил я. — Опустились мы сюда час назад, никто из нас наружу не выходил…
Мы долго не спали с Полосковым, старались придумать объяснение странному явлению. Но так ничего и не придумали. Проверили ещё раз запоры на люках, обошли корабль. Пусто, тихо, мирно.
На всякий случай я лёг спать в каюте Алисы. Спать было неудобно, потому что коврик на полу был жёсткий, а под голову пришлось подложить Алисины резиновые ласты.
К счастью, я успел встать раньше, чем проснулась Алиса, и потому, когда она открыла глаза, я уже как ни в чём не бывало сидел в кресле и листал «Справочник по определению обитателей Галактики».
— Ты что здесь делаешь? — спросила Алиса.
— Да так, зашёл поглядеть в твоей библиотеке, как выглядят местные жители.
— А почему ты непричёсанный?
Я захлопнул книжку — потом погляжу — и поспешил в каюту привести себя в порядок.
Там, моясь, я чуть было не убедил себя, что никаких зелёных человечков и не было, все это мираж, сон и наваждение.
С такой мыслью я и спустился в трюм заглянуть в холодильник.
Холодильник был раскрыт, абсолютно пуст — ни одного ананаса, — и перед ним стоял задумчиво Полосков.
— В общем, я полагаю, — сказал он, — что местные жители научились проходить сквозь стены, хоть это и противоречит всем законам природы.
— Нет, наверно, это не местные жители, — сказал я. — Наверно, мы подцепили в космосе какую то паразитическую цивилизацию.
Тут в трюм вошла Алиса.
— Доброе утро, Полосков, — сказала она. — Куда вы дели ананасы?
— Их украли, — сказал Полосков. — И мы думаем, как наказать вора.
— Кого? — удивилась Алиса.
— Чертей зелёных, — ответил Полосков. — Вот бы мне до них добраться! Ведь подумать только, с какими глазами я появлюсь на Редвайте! Там ждут эти ананасы!.. Вот он, смотрите, ловите!
И в самом деле, в холодильнике вдруг обнаружился зелёный человечек; он окинул взглядом пустые полки и сказал, не глядя на нас: «Опоздал я», — и тут же растворился.
— Вот он, — повторил Полосков. — И даже не поймаешь.
— Так это местный житель, — сказала Алиса. — Я смотрела в книге, которую папа оставил на кресле.
— Ты уверена?
— Совершенно уверена.
— Тогда тем хуже для них. Немедленно посылаю жалобу в их правительство. Разве так встречают гостей? — Полосков сильно рассердился.
— Прости их, капитан.
— Нет, и не подумаю их прощать. Где телефон?
— Полосков, подумай, — взмолилась Алиса. — Это такие милые и добрые люди! Они не хотели красть ананасы. Так уж получилось. Нечаянно.
— Ты слишком добрая, Алиса, — возразил Полосков. — Сегодня ночью, не успели мы приземлиться, они уже забрались на склад и тащат ананасы, а через полчаса они возьмутся за остальные грузы.
— Полосков, — сказала Алиса твёрдо, — ты забыл, что проиграл мне спор? Желание?
— Помню, — сказал Полосков.
— Так вот, моё желание — прости им ананасы.
И в этот момент за стенами корабля раздался страшный шум. Настолько страшный, что он проник сквозь обшивку. Мы забыли обо всех зелёных человечках и со всех ног бросились к трапу. На ходу Полосков успел нажать кнопку тревоги, и в коридорах замигали красные лампочки.
Полоскав распахнул верхний люк, и с высоты третьего этажа мы выглянули наружу.
Вставало тусклое, огромное, красное солнце. По небу быстро неслись длинные сизые облака. Вся поляна перед « Пегасом» была заполнена зелёными человечками. Они размахивали флагами, платками, раскачивали транспаранты со словами «Добро пожаловать» и кричали хором и вразнобой:
— С при ез дом!.. Здрав ствуй, Али са!.. Спа сибо!.. Ур р ра а а а!.. — и другие приветствия на своём непонятном для нас языке.
При виде Алисы радости их не было предела. Казалось, что небо обрушится на землю.
Несколько зелёных человечков в мгновение ока оказались у люка, подхватили Алису, и не успел я ахнуть, как они исчезли вместе с ней, чтобы появиться в самой гуще толпы. И Алису на высоко поднятых руках понесли к городу, белеющему на горизонте.
Отставший от остальных пожилой зелёный человечек подождал, пока мы спустимся по трапу вниз, и тогда поздоровался и сказал:
— Очевидно, вам не все понятно, дорогие гости.
— Не все понятно, — сказал Полосков.
— С Алисой ничего не случится? — спросил я.
— Ровным счётом ничего. Разрешите объясниться?
— Конечно.
— Вы присаживайтесь на траву, земля тёплая, не простудитесь.
Мы послушались пожилого зелёного человечка, и он рассказал вот что:
Ещё довольно недавно планета Шешинеру ничем не отличалась от прочих захудалых провинциальных планет Галактики. Но лет десять назад один шешинериец изобрёл средство — таблетки, которые позволяли путешествовать во времени на год два в любую сторону. Сначала всю планету охватила великая радость, все бросились глотать таблетки и путешествовать туда сюда. Но через несколько недель наступило горькое похмелье.
Один отправлялся в будущее и там узнавал, что от него уйдёт жена или что его дом обкрадут. Другой отправлялся в прошлое, чтобы исправить совершенную там грустную ошибку, но исправить её не мог, а мог её лишь повторить. Если ты подозревал кого то в обмане, ничего не стоило вернуться в тот день и проследить за своим недоброжелателем. Если ты боялся, что умрёшь от какой нибудь болезни, ничего не стоило съездить в будущее и посмотреть, не обманули ли тебя врачи. И постепенно люди стали бояться будущего — туда никто уже не ездил. Зато все зачастили в прошлое. У каждого человека есть какие то приятные воспоминания. И вот он отправляется в прошлое, чтобы ещё раз пережить приятный момент. Потом снова едет туда же, снова и снова… До бесконечности.
— Пойдёмте в город, — сказал пожилой зелёный человечек, — и вы увидите, к чему все это привело.
Мы последовали за ним в город. Город был запущен, замусорен. Торжественная процессия с Алисой ушла куда то вперёд, и на улицах лишь изредка встречались прохожие. На нас они не обращали внимания, но время от времени кто нибудь из прохожих исчезал. Другой мог возникнуть посреди улицы, подумать о чём то и вновь исчезнуть.
— Это они путешествуют во времени, — сказал наш спутник. — Настоящее их не интересует. Будущего они боятся. Никто не работает. Правительство пыталось запретить таблетки, но их так просто изготовлять, что каждый стал их делать у себя дома.
— Теперь мне понятно, — сказал я, — почему уже вчера ваши соотечественники знали и об Алисе, и о прилёте нашего корабля.
— Конечно. Они же попадали в ваш холодильник из будущего.
— И всё таки, почему такая радость по поводу приезда Алисы? — спросил Полосков. — Почему не по поводу моего, например, приезда?
— А очень просто, — сказал пожилой шешинериец. — Мы ведь очень незлобивые, мирные люди. И мы ценим доброе к нам отношение.
— Ну и что? Алиса же не знала о том, что вы залезете к нам в холодильник.
— Ах, какая наивность! — сказал укоризненно зелёный человечек.
Он растворился в воздухе и через три секунды появился снова с большим ананасом в руках.
— Я только что побывал в вашем холодильнике, — сказал он.
— Но там уже нет ананасов.
— Но я побывал там вчера ночью. Разве непонятно? Проще простого. Я сейчас улетал в прошлое и вчера ночью взял из холодильника ананас. Но я не украл ананас, а взял его, потому что Алиса сегодня утром напомнила Полоскову, что она ещё раньше выиграла у него желание и её желание — отдать нам ананасы. Поэтому сегодня утром мы встречали Алису с благодарностью за то, что она разрешила нам брать ананасы вчера ночью…
— Я сойду с ума! — сказал Полосков. — Сначала было сегодня утро, потом была вчера ночь, и вы брали ананасы, которые ещё нельзя было брать, потому что их потом можно будет брать…
— А у нас осталось в жизни так мало радостей, — сказал зелёный человечек, не слушая Полоскова. — И мы никогда раньше не пробовали ананасов. Я, например, теперь буду каждый день отправляться во вчерашний день, чтобы съесть ананас, который я съел вчера…
Мы некоторое время молчали, переваривали новости. Потом шешинериец вздохнул и сказал:
— Не могу больше. Я пошёл в прошлое доедать ваш ананас.
— Стойте, — остановил я его, — у меня к вам деловой вопрос.
— Лучше и не спрашивайте, — сказал зелёный человечек. — Я же знаю, о чём вы спросите.
— Ах, да, — сказал я.
— Вы спросите о звере по имени склисс, из за которого вы сюда прилетели.
— Конечно.
— Мы можем вам привести сто склиссов, но ведь вы откажетесь от них. Вот смотрите, один лежит за углом. Вы сейчас разведёте руками и скажете: «Это же самая обыкновенная корова!»
Мы заглянули за угол. Там лежала корова.
Я развёл руками и сказал:
— Это же самая обыкновенная корова!
— Вот видите.
Тут зелёный человечек попрощался с нами и ушёл, вернее, исчез, потому что все жители этой планеты имели странное обыкновение растворяться в воздухе. И он не видел того, что случилось потом, и все его умение глядеть в будущее и прошлое не помогло. Потому что мы взяли эту корову, привезли её в Московский зоопарк, и она до сих пор там — один из самых популярных экспонатов.
Как только наш зелёный проводник исчез, корова потянулась, медленно поднялась на ноги и развернула длинные перепончатые крылья, которые до того были обмотаны вокруг её живота. Корова вздохнула, поглядела на нас большими печальными глазами, потрясла крыльями, смахивая с них пыль, оттолкнулась стоптанными копытами и перелетела через улицу.
Летела она как корова — плохо и неумело, но ведь всё таки летела!
И тогда я спросил неожиданно появившегося рядом зелёного мальчишку:
— Это чья корова?
— Склисс? — спросил мальчишка.
— Ну да, чей это склисс?
— Да ничей, — сказал мальчишка. — Кому склиссы нужны? Их пасти совершенно невозможно — разлетаются. Так что вы берите, не жалко.
И мы отправились к «Пегасу», гоня перед собой склисса хворостиной. Склисс иногда взлетал в воздух, но быстро уставал и переходил на ленивую трусцу.
Потом к нам привязался ещё один склисс, но мы его с собой брать не стали — и одного прокормить не так легко. Склисс долго, обиженно мычал и махал хвостом.
Алиса вернулась вскоре после нас, ей стало скучно с шешинерийцами. Да и они о ней быстро забыли — разлетелись кто в прошлое, а кто и в недалёкое будущее.

Путешествие Алисы. Ч.6

 
К разделу добавить отзыв
Все права защищены, при использовании материалов сайта необходима активная ссылка на источник